Несмотря на слабые познания в электротехнике, Гарри знал наверняка, что в начинку настенной розетки не входит микросхема размером с ноготь.

— Вы можете поискать другие?.. — директор растерянно оглянулся по сторонам. — Вдруг еще где-то есть?

Старичок улыбнулся и покачал головой.

— Что вы, сэр. Специалистов позовите, у них приборы.... Я не найду. Всё, что от сети, там ищите. Да где угодно может быть, даже в ножке стула. Телефон первым делом проверьте... Бывает, что звонят, а потом молчание?

— Бывает, — нахмурился Гарри. — Часто. Я перезванивал, а там не отвечают.

— Конкуренты, — резюмировал мастер и заговорщически подмигнул взволнованному директору.

«Снейп правду сказал! — с ужасом подумал Гарри. — И Дамблдор не зря в сове камеру искал!»

Он благодарно кивнул электрику, схватил розетку с «жучком» и вылетел из кабинета.

* * *

Зеркало мужского туалета «Хога» отобразило странную парочку — встрепанного молодого человека с диковатыми глазами и галстуком набекрень и спокойного черноволосого мужчину в белой рубашке. Злодей нынче не удосужился украсить свою персону жилетом или пиджаком, и Гарри это злило: присмотревшись, он обнаружил под шелком рубашки темнеющие соски.

Усилием воли директор отринул мысль впиться зубами в прикрытый тканью сосок.

— Мистер Снейп, электрик сказал, что это конкуренты, — начал он.

Редактор равнодушно осмотрел оплавленную розетку и швырнул в урну.

— Шерхан не дремлет, — фыркнул он. — Спасибо, хоть камер нет. Только прослушка.

Гарри осторожно коснулся кончиками пальцев его руки.

— А в квартире? У вас, у меня?..

— Не исключено, — пожал плечами Снейп. — Я привык быть готовым к худшему. В моем мобильном gsm-жучок, знаю наверняка. Я запретил убирать, — он недобро ухмыльнулся. — Читаю аудитории Йейтса и Кольриджа. Пусть слушатели образовываются. Во мне еще не умер преподаватель.

— Боже... не смейтесь только... — испуганно прошептал Гарри. — Я иногда... э-э... Сам с собой разговариваю.

Редактор метнул в молодого человека странный взгляд.

— Плохо, — буркнул он. — Держите себя в руках, шеф. Подавитель сигнала установите, на худой конец.

— Я сумасшедший, наверное, — огорченно вздохнул Гарри.

Мистер Снейп до боли сжал его запястья.

— Все мы сумасшедшие! — сердито сказал он. — Каждый сходит с ума как умеет! Не смей себя винить, ни за что, никогда... — его голос вдруг смягчился. — Никогда.

Гарри положил ладони на плечи врага и, поддавшись искушению, медленно скользнул пальцами по груди.

— Преподаватель, — прошептал он. — Если б у меня был такой преподаватель... Как ты...

— Меня уволили, — злодей прижал к себе одурманенного прикосновением Г. Дж. — Из-за такого, КАК ТЫ. Помоложе, правда, — усмехнулся он.

— О, боже, — Гарри смутился, не зная, что сказать. Растеряв последние мысли, он теребил рубашку редактора, навязчиво думая о маленьких темных сосках. Во рту пакостным образом прибывала слюна.

— Ерунда, — злодей накрыл его ладони своими и погладил дружеским жестом.

Внутри директорского сердца взорвалась невидимая петарда.

— Идите сюда, — сквозь зубы сказал он и толкнул рукой дверь туалетной кабинки. — Мы не доиграли!

Втащив мало сопротивляющегося врага в кабинку, директор защелкнул задвижку.

— Я ваш должник, мистер Снейп, — шалея от собственной наглости, прошептал он.

— Шеф, не здесь, — пробормотал редактор.

— Плевать, где, — прошипел Гарри.

Его пальцы, дрожа мелкой дрожью, расстегивали пояс на брюках врага.

— Гарри, — мягко сказал Снейп. — Не надо.

— Надо!

— Один раз? — нахально поинтересовался Снейп, сверху вниз глядя на ополоумевшего директора.

— Дай мне тебя потрогать, — жалобно прошептал Гарри. — Ты такой... такой...

Слов не было. При мысли о прикосновении к запретному плоду Г. Дж. мгновенно охмелел. Его осмелевшая ладонь пробралась под слои одежды и ухватила теплую упругую часть злодейского тела.

— Вы забыли, где мы, шеф? — пробормотал редактор.

— Наплевать! Как ты любишь? Как?.. — Гарри исцеловал белоснежную рубашку, жадно прикусил выступающие соски, истерзал губами шею и, наконец, добрался до недовольно изогнутых губ. Рука его неутомимо скользила по шелковой плоти, твердеющей с каждой секундой. — Так? Так хорошо? — прошептал он.

— Хорошо, — обреченно вздохнул Снейп. — Но...

— Ненавижу тебя и твои «но»! Ты... ты...

Окончательно потеряв дар речи, Гарри тяжело дышал, скользя сомкнутой ладонью по гордо вздыбившемуся члену.