–  Правда, правда... Что есть правда?
– задумчиво вопрошала она стекло.

Рома обнял её сзади за плечи. Она не пошевелилась. Тогда он стал целовать тяжёлые волосы. Ляля продолжала молчать, по он не решился на большее, только спросил:

–  Неужели в тебе ничего не отзывается?

Она снова не ответила, и он подумал, что женщина прислушивается к себе.

–  Что мне сделать, чтобы вернуть прежнее?
– спросил он с робкой надеждой.

Бедный, бедный Рома...

–  Вернуть ничего нельзя, а что можно - не принесёт прежней радости.

–  Почему вы не разминулись с ним там, на шоссе?
– сказал он с недоумением.
– Ведь ваша встреча - случайность.

–  Ах, Рома! Всё видимое и невидимое есть одна великая случайность, И ты, и я тоже явились в мир случайно, тебя и меня могло просто не быть.

–  Но ты есть, и я умираю - хочу тебя, - сказал он.

Ляля прочла его мысли: Макс пропал, исчез, он больше никогда не встанет между ними. И, не оборачиваясь, ответила громко и недвусмысленно:

–  А я умираю - хочу другого. И это не важно, жив он пли нет.

Больше Роман не пытался возобновить близость.

Ольга сняла со счёта Максима большую сумму, полагая, что именно его дети имеют право на эти средства, и даже посоветовала растерявшейся женщине, в каком надёжном банке их разместить. Сказала:

–  На твой век хватит. Детей вырастишь, а там они уже сами заработают на прокорм. Это будет другая жизнь, и они в ней худо-бедно разберутся. Тут мы им не помощники.

К собственному удивлению, Ольга не испытывала к Валентине неприязни, хотя именно она являлась причиной всех несчастий. Но

сейчас не время искать виноватых - от Макса по-прежнему не было вестей, и это выглядело пугающе. Вопреки детективной ситуации, Ляля надеялась, что он жив, поэтому оставила немного денег на счету - вдруг ему понадобятся.

От друга она ничего не скрыла, но просила не сообщать подробностей Светику. Увидев, какую сумму хранил пропавший муж Ляли, Рома покачал головой:

–  Всё-таки надо заявить в милицию. Просто так люди ие исчезают. Чем дальше, тем подозрительнее выглядит молчание твоего папаши. С трудом верится, что он ничего не знает. Тут наверняка замешаны очень большие деньги. Знаешь, ничего нет страшнее больших денег, потому что они всегда есть производное большой несправедливости по отношению к тем, у кого их отняли. И пусть победитель умнее и ловчее, это не меняет нравственной оценки. Никакое оружие с ними не сравнится, потому что оружие тоже имеет стоимость. У денег нет ни запаха, ни морали, ни жалости. Они самодостаточны и владеют теми, кто ими владеет. не власть имеет деньги, а деньги имеют власть, как блудливую бабенку.

–  Ромка, да ты оппозиционер!

–  Ага. На диване,

–  И откуда это у тебя, никогда не добывавшего в поте лица хлеб свой?

Он пожал плечами и показал пальцем на потолок:

–  Оттуда.

Ляля почувствовала, как со скрипом провернулись жернова совести. Надо забыть обиды и использовать все возможности, чтобы выяснить судьбу Макса.

–  Хорошо, я попробую поговорить с отцом.

Она дождалась вечера и позвонила в коттедж, Большаков сам снял трубку и, конечно, был недоволен вопросами:

–  Не понимаю твоего настырного интереса к отыгранной фигуре, - откликнулся он раздражённо, - Чтобы ты наконец успокоилась, могу сообщить: есть данные, что Есаулов смотался за бугор — пропали его загранпаспорт и принадлежавшие вам акции холдинга. Странно, что после развода ты их у него не отобрала. Непростительное легкомыслие. Если твой бывший муж продаст акции на бирже, а сделать это можно через подставное лицо, получится огромная сумма, но главное — но целостности корпорации будет нанесен серьёзный удар.

–  Уверена, он никуда не уехал, - сказала Ляля благоразумно промолчав о тайнике.
– Макс не бросит меня.

–  Ну, дорогая, ты слишком высокого мнения о своей особе. По-моему, вы и развелись потому, что у твоего хваленого казака оказалась вторая семья.

–  Это не имеет значения.

–  Вот как?
– насмешливо заметил Большаков.
– Теперь уже не имеет?

–  Да, - повторила Ляля.
– Он любит меня, а я его.

–  Ты неизлечима!

–  И очень рада. А ты излечим, и мне безумно жаль.

Разговор, кроме новых загадок, ничего не принёс. Она испытывала всё нарастающее беспокойство. Акции и паспорт искали, поэтому и обшаривали квартиру. Действительно ли сыщики Ба- чслиса думают, что Макс сбежал с ними за границу, или что-то скрывают? Что совершил Макс - преступление, предательство? Или стал жертвой случайности - роковой, а может быть, рассчитанной? Вопросы, вопросы и ни одной догадки. Где найти ответ, она не знала, но идти в милицию или в прокуратуру не хотела. Эти органы вышли из доверия. Слишком много примеров, когда они не защищали жертву, а прикрывали правонарушителя, а то и сами совершали преступление. Советский слоган «Моя милиция меня бережёт» давно выглядел, если не издевательством, то насмешкой.