— Какой секрет, сэр?

Октябрь 1926 года

Джек и Нед вернулись после ночной смены. Теперь они сидели на прохладной веранде клуба «Золотые Поля» и через ухоженные газоны смотрели на небольшую армию садовников. Подобно пчелам, те суетились над цветочными клумбами, подстригали кустарник и поливали траву. При этом все они работали с непокрытыми головами.

Для большинства людей наступало начало нового дня, однако для двоих молодых мужчин это был конец дня рабочего.

— Иногда хочется ущипнуть себя, чтобы поверить, что это не Британия, правда? — Нед поставил на стол кружку с пивом и откинулся в плетеном кресле.

Утерев рот рукавом, Джек ощутил, как холодное пиво поступило по адресу, и вздохнул.

— Не та Британия, которую я помню. Я, друг, из Пензанса! Крутые гранитные скалы, бушующее море и жестокий мороз… а не эти садово-пикниковые сценки, которые тебе, видимо, нравятся.

— Ты не перегрелся, Джек? Разве не ты на днях приглашал Гвен Дэвидсон на пикник?

— Приглашал, но не затем, чтобы есть сэндвичи с огурцом и любоваться видами.

— Ты плохой мальчик, Джек.

— Никогда не претендовал на то, чтобы быть хорошим.

Отхлебнув еще пива и помолчав, Нед задумчиво вздохнул и заметил:

— Нам повезло в Бангалоре.

Джек не нуждался в объяснениях, чтобы понять, на что намекает Нед. Помедлив, он припомнил, как они чудом избежали огромной опасности.

— Тому уже шесть лет, Нед. Пора забыть.

— Думаешь, так легко не вспоминать о том, что я совершил убийство?

— Нет, ты твердо решил испортить мне утро. — В раздражении Джек отставил кружку. — Слушай, Нед, заключение было: «смерть от несчастного случая». Займись своей жизнью. Я не желаю больше об этом разговаривать.

— Потому что чувствуешь себя виноватым? Но ведь это сделал я.

— Конечно, я чувствую себя виноватым! Но ты должен примириться с собственной совестью, как это сделал я. Посмотри на нас! Я вскоре стану старшим инженером. В Корнуэлле мне годами пришлось бы дожидаться такой возможности. А ты без пяти минут управляющий отделом электроснабжения. Нед, эта земля истоптана вдоль и поперек. Мы слишком часто по ней ходили. Я устал.

— Ты прав, прости. Не будем больше об этом говорить.

— Пью за это! — Джек поднял кружку.

Нед тоже взялся за пиво и негромко произнес:

— За наш секрет.

С явным чувством облегчения Джек откинулся назад, подложил ладони с переплетенными пальцами под голову и заявил:

— Жизнь хороша, Нед, особенно теперь, когда миновал сезон дождей. Но я подозреваю, что на самом-то деле ты хочешь лишь одного — иметь жену и выводок детей.

— Не вижу в этом ничего плохого.

— Конечно, если ты Синклер. Но меня зовут Брайант. Я предпочитаю думать о себе как о Пирате Пензанса. Вольном как ветер.

Нед усмехнулся и бросил в него орехом. Индусы поджарили их, приправили чили и кориандром. Орешки были очень вкусны. Он отправил в рот горсточку.

— Ты бездушный. А у Дафны Эллис разбито сердце.

— Оно останется таковым в течение нескольких часов, а затем она найдет себе новую цель.

— Не будь жестоким, Джек. Дафна — хорошая девушка.

— Так пригласи ее.

— Нет, я жду Айрис. — Нед заулыбался.

— Ах, эта ускользающая Айрис Уокер. Сколько раз она, по слухам, уже собирала вещи и была готова отбыть из Англии?

— На этот раз, думаю, точно приедет.

— Рискуя показаться тебе попугаем, все же осмелюсь еще раз предостеречь. Нет смысла встречаться с девушкой, с родителями которой ты хорошо знаком. Затея обречена.

— Гарольд и Флора знают, что мы уже несколько лет переписываемся. У меня всегда складывалось впечатление, что Флора это поощряет. Они тревожатся за Айрис. Она по натуре вольная птица.

— По-твоему, миссис Уокер усматривает в ее отношениях с надежным Эдвардом Синклером залог стабильности?

— Могло бы сложиться гораздо хуже, если бы она встречалась с тобой.

— А если у нее стеклянный глаз? — Брайант рассмеялся.

— Смейся-смейся, Джек, но у меня есть фотография. Здесь ей семнадцать. — Достав бумажник, он извлек из него небольшой семейный снимок. — Вот Айрис, — с энтузиазмом произнес он, указывая на стройную темноволосую девушку, кокетливо обнимающую отца.