Что сказать?! Олив всегда отличалась завидной ловкостью при стрельбе по воробьям. А тут такая мишень!!! Легче попасть, чем промазать. Но к своему стыду, наемница все-таки промазала. Причем так промазала... как ещё нужно умудриться! Вообще она целила в зад жеребца. Но в последний момент он взбрыкнул, и камень попал аккурат по его хозяйству. Судя по всему - было больно. Бедняга озверел и метался вокруг раненым зверем. Если бы у Олив была совесть или хоть толика сострадания к животным, ей бы стало стыдно.

Но, к несчастью для жеребца, наемница как раз оставила их сегодня дома. Поэтому негромко насвистывая, повернулась и пошла в сторону пристройки. Её маленькие друзья уже должны были сожрать сваю с одной стороны. И они не подкачали. Олив не дошла буквально с десяток шагов, когда пристройка, натужно скрепя, завалилась с одной стороны.

Решив, что озверевшего жеребца, пожара и завалившейся крыши достаточно, наемница развязала кошель и, спустя несколько секунд, скарабеи небольшой стайкой слетелись в него назад. Кошель девушка повесила на пояс, решив, что позже разберется с ними.

Люди, занятые тушением огня и попытками успокоить взбесившегося жеребца, отвлеклись на шум. Кто-то закричал:

– Гляньте, у кухни упала крыша!

И толпа зевак плавным потоком перетекла на новое место дислокации, охая и ахая над кучей неприятностей свалившихся на голову несчастного владельца постоялого двора.

Олив наблюдая эту миграцию только широко улыбнулась:

– Я - злой гений!

И тут момент её ликования нагло прервали два пробегающих мимо стражника. Хотя нет, даже не они, а крикнувший им третий:

– Эй, там вора поймали!

Наемница невольно закатила глаза к небу. И ведь знала же, что так будет, хоть и надеялась, что Ванесса все-таки справится с кражей артефакта. Не справилась. Но дальнейшее развитие диалога вогнало её в ступор:

– А что он украсть пытался?

– Та как всегда - платья, - с видом человека, которому все надоело, сообщил уже подошедший поближе стражник своим товарищам.
– Старший Бонн велел всем все бросить и бегом к нему. Вора накажут по закону каравана.

Мужчины переглянулись и неторопливой походкой пошли в гостиницу, забыв обо всем - конь, пожар, крыша. По закону каравана приказ старшего - закон. Его не обсуждают и выполняют немедленно. Это является залогом того, что все вернуться домой живыми из далекого и полного опасностей путешествия.

А вот что гласит закон каравана про наказание воров, Олив не знала. Так же, как и не знала, за каким бесом принцессу понесло к платьям. Она же шла за артефактом. Сама же предложила план...

Стоп.

Эта мелкая... принцесса, чтобы её родне до седьмого колена икалось, с самого начала планировала красть не артефакт, а платья! Так вот о чём она думала всю дорогу! Ну, конечно, зачем напрягаться и шевелить извилинами ради спасения собственной жизни, или, к примеру, жизни Олив, если можно украсть безумно дорогие платья?

Что может сделать порядочная наемница в том случае, если у неё наниматель клинический дурак? Или, как в данном случае - дура? Единственное, что остается - выполнять условия контракта.

При этом Олив четко осознавала - караванщик Бонн это не галантный купец, или жадный посол. С этим договориться не получится. И хитростью его не взять, поэтому придется использовать грубую силу.

Прежде всего, Олив постаралась вспомнить, сколько всего караванщиков видела. Получалось не мало - около шестидесяти, а то и больше. Можно попробовать сражаться. Но, во-первых, это долго. А, во-вторых, пока Олив, наконец, доберется до своей напарницы-воровки, то её уже как-нибудь казнят. И не посмотрят, что высочество. Нет, действовать нужно неожиданно, стремительно и результативно.

Эх, была бы тут Марселла... то помощи от неё было бы мало, конечно. Валькирия в любой непонятной ситуации все взрывает. Но было бы веселее, чем с нынешней нанимательницей. А пока придется действовать по запасному плану. Он был до безобразия прост и неэлегантен. Для его осуществления нужно было незаметно попасть внутрь. Что в принципе достаточно затруднительно в связи с пожаром с одной стороны, завалом крыши с другой стороны и усиленной охраной постоялого двора.