Но сейчас девушке было не до сентиментальных воспоминаний. Она наемница, её блондинке-нанимателю, требуется защита, и встав в боевую стойку, Олив приготовилась её обеспечить.

Вопреки ожиданиям, караванщик не торопился напасть немедленно. Мужчина посмотрел вокруг - половина его людей лежала, не подавая признаков жизни, вторая или храпела, или гадила под себя. Бонн снова взялся за топор, но этот жест был скорее попыткой устрашения, чем угрозой нападения, и спросил:

– Что ты сделала с моими людьми?

Олив честно ответила, не забывая боковым зрением следить за людьми вокруг:

– Ничего необратимого.

Караванщик усмехнулся:

– Дай угадаю, - топор оказался в опасной близости от лица Ванессы, которая тут же завизжала.
– Твой наниматель?

– Нанимательница, - поправила его Олив. Не то, чтобы это было так принципиально, но наемница предпочитала оставлять последнее слово за собой.

Бонн подвинул топор поближе:

– В интересах твоей нанимательницы, - последнее слово он выделил интонацией.
– Сохранить красоту этого личика и эту головушку на плечах, не так ли?

– Допустим, - на всякий случай нейтрально ответила Олив. А что? Непредсказуемость - лучшее оружие наемника. Делаешь ход, пусть даже заведомо бессмысленный и пусть враг гадает, что творится у тебя в голове.

– А в моих интересах - сохранить своих людей живыми и сохранить их уважение, - продолжил Бонн.

– Если головушка моей нанимательница проститься с шеей, то тебе будет затруднительно сделать и первое и второе, - начала импровизировать Олив.

Бонн некоторое время помолчал, думая о чем-то своем, а потом резко замахнулся топором:

– А я рискну.

У Олив было всего несколько мгновений, чтобы не допустить не поправимого. И она приняла единственно правильное в данной ситуации решение - прыгнула на Ванессу, уводя её из-под удара. Именно на такую реакцию и надеялся Бонн. Упав по ту сторону стола, Олив выронила оружие, оказавшись беззащитной. Наемница попыталась быстро вскочить и схватить ближайший к ней клинок, но стоило протянуть к нему руку, как на оружие с шумом опустилась мужская нога, а на неё со всех сторон направили оружие.

Бонн, несомненно, очень умен, да и его люди понимают все с полуслова. Простой муштровкой, как в армии, такого не добиться. Только годы, проведенные вместе, могут сделать людей настолько близкими: они думают одинаково, понимают, своего старшего и безоговорочно ему верят. Караванщики действовали безукоризненно правильно, и будь на месте Олив кто-то другой, они взяли бы его в плен. Но их противником не был никто другой.

Наемница не только не растерялась, но даже и обрадовалась.

– Попалась!
– злорадно улыбнулся Бонн.

– Хлопушка!
– не менее злорадно улыбнулась Олив.

– Что?
– растерялся караванщик, когда в руке у наемницы появился небольшой, продолговатый цилиндр темно-зеленого цвета с веревочкой на конце. За неё девушка тут же и дернула.

Про "Хлопушку" следует упомянуть отдельно. Это изобретение - гордость Олив, так как она лично приложила руку к его созданию. В её родном мире принято на праздники запускать феерверки и хлопать вот такие небольшие цилиндрические коробочки, заполненные мелкопорезанной цветной бумагой. Это весело.

Так вот. Однажды перед Олив встала задача - как одновременно вывести из строя небольшую группу людей на небольшой срок. И вместе с подругой валькирией, которая любит все взрывать, девушки придумали устройство, которое будет при взрыве на короткий срок ослеплять и оглушать всех, находящихся в радиусе трех шагов. На себя девушки предусмотрительно навесили защиту. После того, как испробовали на себе её действие. Олив пришла в голову аналогия с "хлопушкой" из родного мира, вот и придали ей такую форму. А что? Во-первых, враг и не подумает, что такая маленькая штучка может быть такой... результативной. Во-вторых, легко переносить и прятать. В третьих, просто изготавливать.

Вот и в этот раз "хлопушка" не подвела. Караванщики, обступившие её со всех сторон, как голодные волки овечку, были быстро, надежно и качественно оглушены и дезориентированы вспышкой света. Как впрочем, и Ванессе. Но, странное дело - Олив было совершенно не жаль свою юную нанимательницу.

Наемница оглянулась вокруг - пора делать ноги. Караванщики ребята крепкие, закаленные годами, проведёнными в дороге. Скоро начнут приходить в себя.