Ракитин не мог понять, кто это такие? Пехота не пехота, а черт знает кто... Судя по всему, вряд ли они были даже из одной части. Разношерстный какой-то народ: и совсем молодые, и усатые дяди, и мужички, которым порядком за сорок.

Здесь были солдаты в шинелях, в бушлатах и телогрейках. Одни красовались в каких-то кожаных курточках, другие были в черных комбинезонах и танкистских шлемах. И оружие тоже - как будто его собрали, где только можно: винтовки со штыками, кавалерийские карабины, автоматы. У троих - ручные пулеметы.

– Наверно, здесь кино снимать будут, - не выдержал Опарин.

– Точно, - поддержал Лихачев.
– Будни партизанского отряда в годы гражданской войны.

А лейтенант Хаустов уже легкой рысью добрался до приехавшего офицера. Доложил. Потом они заговорили о чем-то. Приехавший коротко спрашивал. Хаустов говорил, говорил. Чувствовалось - подробно отвечал на вопросы. И Ракитин понял, что новый по чину старше, чем их командир. Ничего хорошего это не предвещало. Мало того, что в бою станет командовать комбат, не нюхавший пороха, так и над ним еще будет какое-то не артиллерийское начальство.

Офицеры тем временем вдоволь наговорились и направились к орудию Ракитина. Ракитин не поторопился навстречу. Командир от орудия не бегает. Если начальство заявилось, командир его возле орудия и встречает, как хозяин возле дома.

Когда офицеры подошли достаточно близко, Ракитин рассмотрел, что у приехавшего погоны старшего лейтенанта. Следом за старшим лейтенантом мягко переступал младший сержант в кожаной курточке. Худощавый и высокий, он заметно сутулился. И от этого казалось, что сержант пригнулся и вот-вот прыгнет.

– Товарищ старший лейтенант, орудийный расчет находится на отдыхе!
– доложил Ракитин.
– Командир орудия сержант Ракитин.

Старший лейтенант оказался ростом пониже Ракитина. Подтянутый и стройный, он двигался быстро и легко, и угадывалась в нем немалая сила. Из-под козырька надвинутой на лоб фуражки смотрели пронзительные черные глаза. На левой щеке от виска до подбородка протянулась красная ниточка тоненького шрама, - этот не из училища, - понял Ракитин.
– Этот повоевал...
– В левой руке он держал ветку, очищенную от листьев, которой то и дело постукивал по голенищу.

– Это хорошо, что на отдыхе.
– Старший лейтенант поздоровался с Ракитиным за руку: - Старший лейтенант Кречетов. Буду руководить этим участком обороны. Надо понимать, сержант, если солдаты отдыхают, то к бою все готово?

– Никак нет, - доложил Ракитин.
– Передышка.

– Понятно. С левым флангом у тебя как? Только давай без "так точно". Ты мне все обстоятельно расскажи. Толком: что, где и как. Нам здесь воевать.

Левый фланг, берег реки Ракитин, когда приехали сюда, исходил, осмотрел, всю траву здесь истоптал.

– Река нас прикрывает, - сказал он.
– До нее метров двести. Место ровное, если танк захочет проскочить, мы его первым снарядом накроем.

– Значит, за левый фланг ты, сержант, спокоен?

– Нет, товарищ старший лейтенант. Берег крутой, что внизу делается, не видно. А там под обрывом полоска земли. Пехота вполне пройти может. Если пройдут, орудию конец.

Не добавил, что тогда и всей батарее конец. Это и так понятно.

– Так-так, - протянул Кречетов.
– Пойдем, посмотрим твою водную преграду, - и пошел к реке. Хаустов и Ракитин за ним.

Кречетов вышел на косогор, огляделся. Подобрал камень, бросил его на середину речушки. Прошелся, вглядываясь в воду, будто пытался определить глубину. Потом заглянул с крутого обрыва вниз. И Хаустов заглянул.

– Говоришь, могут обойти?

– Могут, товарищ старший лейтенант. Они здесь отступали, значит, с местностью знакомы.

Кречетов хмыкнул, оценивающе оглядел сержанта и, кажется, остался доволен.

– Прав. Соображает, лейтенант, у тебя командир орудия. И знаешь, они под берегом непременно попытаются пройти. Не устроить ли нам здесь их автоматчикам засаду? Как думаешь?
– Как будто он нуждался в мнении лейтенанта.

– Неплохо, - согласился Хаустов.

– Решено. Встретим их здесь. И напоим.

Старший лейтенант Кречетов Ракитину понравился. Спрашивал про главное. В мелочах не копался.

– Со снарядами как?

– Комплект.

– Фугасные есть?

– Только бронебойные.

Старший лейтенант поморщился. Это его не устраивало. Ракитина это тоже не устраивало.

– В людях уверен?
– немного помолчав, вновь задал вопрос Кречетов.

– Уверен.

– Хорошо, что уверен. Пойдем, посмотрим, что у тебя за народ.