Лес должен был бы пугать, а всё было совсем наоборот. Снова чувствовалась необъяснимая эйфория. Анька была права, когда говорила про пиявок. Ощущения были очень схожи с эффектом от гирудотерапии, несколько сеансов которой я испытала на себе пару лет назад, после затяжной осложненной простуды. Признаться, решиться на процедуру было жутковато, а вот побочный эффект в виде ведра эндорфинов порадовал очень. Пару дней я блаженно улыбалась, во всём радостно соглашаясь с родителями. Мама была счастлива, а папа нервно изучал в интернете свойства пиявочной слюны.

Или, может, из земли здесь выделялся какой-то особенный газ? Я погрузилась в странное умиротворение. Остатки здравого смысла стучали в висок тоненьким ювелирным молоточком о том, что надо бы бояться и беспокоиться о возвращении домой, о том, что я одна посреди дикого леса, о том, что незнакомец без возраста отправил меня с двумя хищниками… куда? Я даже не знала, куда именно иду. И это было несколько волнительно и… опасно?

По всему выходило, я слегка тронулась умом, когда проходила портал. Тихонько хихикнула, вполне оправдывая подозрение, и опять глубоко вдохнула сладковатый воздух.

Солар вела мимо серых приземистых уступов и коричневых невысоких скал, мимо остатков реликтового ледникового леса – огромных лиственниц в три моих охвата, величаво поглядывающих за горизонт и маленьких кривых сосёнок, через каменные реки и ручейки курумника. Горы жили, дышали, пульсировали, и я чувствовала это телом. Один вдох – тысячелетие, выдох – ещё одно. Здесь и я дышала самим временем.

День был на удивление тихим: ни дождя, ни тумана, ни ветра. Словно мир встал на паузу. И было самое время подумать, как к происходящему относиться и что же всё-таки следует со всем этим делать.

Ещё утром, размышляя о том, что со мной приключилось, пришла к вполне твёрдому выводу, о главном, то есть о том, что беспокоило меня сейчас больше всего: если парень, который так необдуманно на меня напоролся, ходит в хранителях, то ну не может он быть психопатом или чего похуже. Такие вещи, особенно по части межмирных контактов, абы кому не должны доверять. И порталами должны заниматься самые что ни на есть надёжные и подготовленные люди из всех. То есть, он должен уметь защитить как заблудшую старушку, так и беззащитную, читай бестолковую, девицу. К тому же, явных поводов себе не доверять он не организовал. Наоборот, накормил, от табуна лошадиного спас, даже от какой-то шумелки спрятал. И уж точно попыток приставать не делал. Хотя, мог бы. Кстати. Нет, я, конечно, понимаю, что мелка, тоща и вообще безнадёжна, но, чтобы настолько? Что парень, который шатается по лесу и женским вниманием избалован быть не должен, не сделал ни одной попытки даже к лёгкому флирту, а наоборот, сразу обозначил дистанцию. В общем, самооценка моя схлопнулась в точку и попросилась домой, под диван.

С утра мы шли уже часа четыре, и я несколько утомилась. Через час после выхода нас настигла авиация. Сначала послышался тихий тонкий посвист, а потом высоко над деревьями замелькала крупная тень, закрывая солнце. Но Солар продолжала двигаться размеренными перебежками, как ни в чём не бывало.

Это был Кересс, огромный чёрный беркут, размером ненамного меньше меня. Если бы я присела на корточки, я б не выдержала сравнения. Рысь вернулась с ним как раз, когда Иллай закончил объяснять мне, как открыть карту и определять местоположение и маршрут.

– Держи, - он дал мне большой аметистовый кристалл, который ложился в мою ладонь, словно его специально для неё подбирали, – Так я все время буду видеть, где ты и найду вас.

– Мм, это, типа, Google locator по-вашему?
– усмехнулась, рассматривая эээ… игрушку, потому что для меня он именно ей и оставался, использовать его как карту, я всё рано не умела. – Хорошая штука, - похвалила я, - Надеюсь, хотя бы тут американцы за нами не следят.

– Американцы что…? Глупость какая.

– Ну, они, вроде, постоянно с нами «перетягивают канатик», - я показала пальцами кавычки. – Борьба, влияние, господство? – уточнила, впрочем уже понимая, реальность, совершенно очевидно другая

– Если я правильно понял, о чём ты, Америка - совершенно независимый континент, – подтвердил догадку Иллай, недоверчиво пожимая плечами, - и области наших интересов совсем не пересекаются.

– А ресурсы, топливо, экономика, разве у вас не так?

– Нет, конечно! Это красивый интересный материк, но топлива у них своего полно. И, что такое экономика? – он смешно похлопал глазами.

– В каком прекрасном мире ты живешь! – я грустно улыбнулась, пряча аметист в карман.

– Ну, у нас есть зираны. Вот они как раз за нами присматривают, – он пожал плечами, надевая рюкзак. – Но, надеюсь, ты с ними не встретишься.

– Что значит, не встречусь? Разумеется. Мы ж на Урале - в сердце страны.

– Вот именно, - теперь грустно улыбнулся он. – Граница сразу за Хребтом. Уже лет триста.

– Что???

– У нас ещё будет время об этом поговорить. Теперь надо спешить, – тут Иллай посмотрел мне в глаза таким долгим и совсем непонятным взглядом, видимо у меня был ужасно растерянный вид, и тихо сказал, - Не бойся, я приду за тобой.

Он вытянул руку и свистнул Керессу. Раздался глухой гул от взмаха мощных крыльев и беркут осторожно сел невероятному юноше на предплечье. Хранитель повернул на север, к вершине горы, что-то объясняя птице.