Я вспомнила, что потерялась утром, а потом, когда прошла всего несколько часов, уже наступил вечер. Я думала, что проскочила половину суток, а оказывается - пару месяцев! Хотя, в этих местах, по идее, осень должна начинаться раньше, но не в начале же июля!

Солар торопила меня, всё время огладываясь. Казалось, она нервничает. Быстро вечерело, и я опять замёрзла. Мы были у реки, когда послышался протяжный крик беркута, и он начал плавно спускаться, выписывая гигантскую спираль.

Видимо, нам нужно было на другой берег. Небольшая река, стремительно скачущая по большим и маленьким камням, здесь соединялась ещё с одной речкой-малышкой. Хотя, откровенно говоря, мне, родившейся на Волге, все они казались весёлыми, беззаботными ручьями.

Я снова напялила ботинки, затянув их потуже, и присмотрела подходящую тропу по камням.

Солар давно была на другом берегу и сидела, облизывая мокрые лапы.

Ничего сложного, на самом деле, уговаривала я себя. Речка успокаивающе журчала. Ещё метра три - и я на месте. Рысь встала и сказала басом “Мафыр”. Рюкзак сильно смещает центр тяжести, чтоб вы знали, и порхать, как бабочка, совсем не выходит.

Следующий шаг не удался и я, как в замедленном видео, скользнула левой ногой по камню влево вниз: “Все вещи намокнут, обидно”. Правая нога, потеряв устойчивость, поехала назад, “Только не головой!”. Я согнула колени, качнувшись вперёд. Глаза лихорадочно искали подходящую площадку, во что удариться руками. “Только не головой…”, отчаянно взмахнула, балансируя, и… в этот миг что-то подхватило меня снизу и поставило на ноги.

Обернулась.

Юноша стоял прямо за мной и невозмутимо улыбался.

– Почему всё время приходится тебя спасать? – тихим, едва не лишившим меня рассудка, голосом мягко произнёс Иллай. Он шагнул в сторону от камня, на котором я поскользнулась, осторожно выпуская меня из рук.

Он был так близко, и я была так рада его видеть. Поддавшись порыву, коротко обняла его и тут же отпрянула.

– Ох! Прости… Спасибо! Спасибо, что поймал! Я так рада, что ты догнал нас! – даже не пыталась сдерживаться и улыбалась всем лицом.

– Слишком много слов, пожалуй, - засмеялся хранитель.
– Давай-ка, ещё два шага до берега, я подстрахую, - он видимо запыхался, и его волосы растрепались, будто от чересчур быстрой ходьбы или бега, а на щеках видны были красные и белые пятна.

Я завороженно смотрела на него, совершенно позабыв, что делала и куда направлялась. Какие тридцать? Он же совсем юный! Тёмные глаза сияли на красивом разрумянившемся лице, он часто и глубоко дышал, почти улыбаясь. Какого они цвета? Я никак не могла разобрать. Да и, наверное, сейчас был не лучший момент для этого.

Иллай окинул меня с ног до головы беглым взглядом, будто оценивая вероятный ущерб, дёрнул бровью и уголками губ. Потом крепко взял за локоть и шагнул вперёд. Что и говорить, так переходить брод было куда легче.

– Остановимся сегодня здесь, Кересс не летает в темноте, - сказал он коротко, подойдя к краю луговины.
– Тут мы будем защищены от ветра и не слишком близко к реке.

Я с облегчением скинула рюкзак.

Поднимался плотный туман, и мы как раз успели набрать валежника для костра. Я украдкой смотрела на Иллая. Он быстро разбивал лагерь, будто и не был в пути весь день. А ведь ему пришлось пройти сегодня едва ли не в два раза больше, чем мне. Он должен был подняться к самой вершине большого Иремеля и потом найти меня. И я не имела ни одной идеи, как именно он исхитрился нас нагнать.

– Какое сегодня число?
– спросила, когда мы заканчивали ужин.

Сумерки быстро накрывали нас сырым холодом, мы сидели в плавающем островке света среди белого молока тумана. Куполом над нами нависали огромные лапы сосен, костёр уютно трещал, и, если б не камни, на которых мы сидели, можно было бы подумать, что мы в облаке. Хотя, я толком не была уверена, что это не так.

– Ммм. Не думаю, что наши календари совпадают. Дай прикинуть, - хранитель посмотрел куда-то вверх, - Сейчас примерно шестьдесят пятый день после солнцестояния, а что?

– Третье июля, - медленно проговорила я, пристально глядя Иллаю в глаза.
– То есть это примерно одиннадцатый или двенадцатый день от солнцестояния.

– Ты хочешь сказать, что потерялась третьего июля, – утвердительно кивнул он, перестав жевать, проглатывая еду и нахмурился.

– Нет, потерялась я второго. Сегодня – третье.

Он молчал, что-то обдумывая и глядя на меня в упор.

– Собственно, это и требовалось доказать, – прошептал хранитель, который, пожалуй, всё-таки не был похож на индейца, а на кого-то, кто гораздо лучше. Он слегка поморщился и сжал пальцами переносицу.

– Сколько дней назад перестал пульсировать тот портал, который мы нашли?

– Примерно четыре или пять по девять, - усмехнулся он.

– Пять недель. Вот видишь, всё сходится! – я прикинула в голове, - шесть, если точнее, а для меня это было три дня назад.

– Удивительно, - пробормотал хранитель и поднял взгляд к освещенным костром сосновым ветвям, - Вот, что она имела в виду. Не думал, что это случится так быстро, - теперь Иллай смотрел на меня, кажется, улыбаясь. – Так, значит, вы насобирали отметок, и потом тебя выбросило к нам? – глаза его на мгновенье странно блеснули и юноша опустил голову, вроде дожидаясь ответа.
– Тогда, добро пожаловать, - последнюю фразу он прошептал совсем еле слышно, будто для себя самого, не желая, чтобы я расслышала.