– Не здесь и не сейчас. Надо всех собрать. И, блин, если бумаги нет, то надо хотя бы телефон с камерой.

– Ты ж знаешь, что мы телефоны не берем. Все они в Москве остались.

– Ну тогда купим. Возьмем какого-нибудь сраного китайца тысяч за пять, он нам и нужен-то на один раз - видео снять, да через какой-нибудь халявный вай-фай на ютуб выложить.

– А кто в город поедет?

– А вместе и поедем. Ток не в город, а в поселок, тут рядом. И не поедем, а пойдем пешочком. Нам машины светить нельзя. Где-нибудь разживемся гражданской одеждой, а то мы ж малыши-крутыши, в форме все...

– Ай, да брось. Неужели тут так мало москвичей-охотников, шастающих в камуфляже?

– Ну, твоя правда. Но гражданка все равно нужна.

– Ладно, с этим разобрались. А потом? Ну, когда купим-снимем и прочее? Какие у тебя вообще планы на будущее? Нам тут вечно торчать нельзя. Найдут и прижмут.

– Ну, пока что план прост - снять видео, прокричать на весь интернет, что мы не виноваты, дать генералу высказаться - и валить. Подальше. Хотя бы на то время, пока все устаканится...

– Ну что ж...
– задумался Сыч, - Не самый плохой план. Валить - это всегда хорошо.

Тем же вечером в привокзальное кафе небольшого подмосковного поселка городского типа вошли три человека. Первый - парень лет двадцати, сразу же уселся за стол и, достав смартфон, начал что-то в нем искать. Второй хотел сделать заказ, и минут пять пытался получить от кассирши-узбечки ответ на вопрос: "Есть ли у вас что-нибудь комплексное?", а третий, сказав "Я покурить", тут же вышел на улицу.

– Извините!
– подал голос парень, сидящий за столом.
– Какой у вас пароль от вай-фай?

Кассирша назвала комбинацию цифр, и парень снова уткнулся в экран.

– Ну что?
– спросил он, улыбаясь, у напарника, севшего рядом, - Есть у них что-нибудь комплексное?

– У них есть тупой персонал, не понимающий по-русски. Капец, как они вообще работают?

– С трудом...
– Салага снова ушел в телефон.

– Что делаешь?

– Канал на ютубе создаю. Сейчас, 5 минут, и всё будет готово. Название TeamSuperheroMoscow подойдет?

– На твое усмотрение.

Установилось молчание, прерываемое сопением Салаги, изредка проклинавшего всех на свете китайцев, и, особенно, тех, кто делал этот смартфон. Дубровский сделал вторую попытку добиться желаемого от кассиров, и выбил-таки из них огромный сэндвич и колу.

– Четыреста рублей!
– разорялся он, сев на место, - Я хренею с таких цен. За что?...

– Не знаю...
– ответил невпопад Салага, мозг которого был занят другими делами, - Я в таких жраловках вообще не ем, ибо дорого и невкусно. Готово. Видео загружено, теги проставлены. Я его даже вконтакт скинул. В группу поклонников Команды.

– А что, и такая есть?
– удивился Дубровский.

– А то. В ней даже что-то около четырёх тысяч человек.

– Ни фига себе!
– Дубровский допил колу, поставил пустой стаканчик на стол, и хлопнул себя по коленям, - Я всё. Можем идти. А где Сыч?

21.

Сыч поднялся по лестнице и позвонил в звонок. Открывать дверь своими ключами он почему-то не стал. Интересно, кто дома? Ай, да наплевать.

Щелкнули замки, и в двери показалось заплаканное лицо жены.

– Привет.
– сказал блудный муж, и попытался улыбнуться, - Я так волновался...

– Уходи!
– бросила ему в лицо жена, - Уходи, видеть тебя не могу!

– Э-эй!
– Сычу как будто отвесили смачную пощечину, - В чём дело? Я пришел посмотреть, все ли в порядке с тобой, не сделали ли с тобой чего...

– Уходи, я сказала!
– взвизгнула жена, - Я поверить не могу, что ты все это время мне врал! Врал! Всё, что ты рассказывал о себе - враньё! Если б я знала, что ты такой...

– Да какой я?
– вспыхнул от обиды Сыч, - Вот он - я. Тот же, что и раньше! Твой муж. Да, с темным прошлым, но тут уж, что имеем!

– С темным прошлым? Коне-ечно! Мне Пал Палыч твой всё рассказал. Замдиректора твой, ага. А я-то верила... Уши развесила... Ду-ура, ой, дура...

Сыч стоял, опустив голову, и вздрагивал от летящих в него слов, как от попадания камней.

– Я пришел, потому что боялся, что они тебя...
– но жена ничего не слушала, и продолжала:

– Дура тёмная... Ты ведь и женился на мне, потому что я ничего о прошлом твоем не знала, да? Боже, какая я дура... Он и фото мне показывал того, что ты и твои убийцы делали... Уходи! Мне страшно! Ты маньяк!
– дверь захлопнулась у Сыча перед носом.

Он еще стоял, переваривая сказанное его женой, когда услышал позади себя вежливое покашливание.

Обернулся. Двое. Палыч и еще какой-то... В черном костюме.