Мародер с ужасом понял, что совершенно наг, рядом с ним без чувств лежала красивая молодая таарка, тоже без лоскутка одежды на теле. Костун подошёл к ней проверить, жива ли та, пульс хоть и слабый, но ясно прощупывался. Он попытался привести её в себя, но девушка не просыпалась, чтобы он, ни делал.

Инстинкт подсказывал, что задерживаться на одном месте опасно.

Костун взвалил таарку себе на плечи и пошёл вперёд к одному из трёх солнц, так по крайне мере он будет знать, что движется в одном направлении.

Сначала шаги давались с трудом, потом стало легче, скоро мародер даже перестал чувствовать вес девушки на плечах. Движение ненадолго подарило покой, до тех пор, пока в голову снова не проникли мысли о том, как он оказался в пустыне, с тремя солнцами.

Костун почти ничего не помнил, разум, словно прибывал в тумане, искажающем всё – предметы, понятия и даже сами мысли. Воспоминания смешались в калейдоскоп непонятных картин, оборванных чувств и далёких сожалений.

Мародер не знал откуда поднялась эта буря, пусть он и попал в странное незнакомое место, мысли метущиеся в голове казались ему чуждыми, почти потусторонними. Он сам не узнавал себя.

– Опусти меня, - раздался слабый шепот.

Мародер расслышал просьбу таарки, только когда она повторила её в третий раз.

Костун аккуратно опустил девушку, стараясь не замечать её наготы.

– С тобой всё в порядке? – спросил он, отводя взгляд, девушка стыдливо прикрывалась руками.

– Да… Всё хорошо, если можно так сказать в Таан-Веда.

– Таан-Веда так называется это место?

– На языке древних это значит Мир духов. Ты ничего не помнишь? Такое случается со слабыми духом.

В мародере от слов таарки закипела ярость. Никто ни в одном из миров не смел называть его слабым.

– Чем бы ни являлось это проклятое место, оно меня нисколько не пугает! – мародер совладал с дрожащим от гнева голосом.
– Кто ты и что ты знаешь, о том, как мы попали сюда?

– Я Йолин, дочь вождя Альзара, ты пришёл ко мне требовать моей руки и я согласилась. Отец ненавидит людей, он решил, что меня околдовали, и заставил пройти нас Испытание миром духов.

– Кажется, теперь я припоминаю. Что-то ужасное случилось с Волосатым, и мы пошли к каарам, чтобы попросить у них помощи. Но мы знали, что они и пальцем не пошевелят если, к этому их не будет обязывать клятва, поэтому я потребовал исполнить данное Альзаром обещание прошлому вождю, выдать за него дочь.

– Теперь ты всё вспомнил.

– Да, но я по-прежнему не представляю, как отсюда выбраться. Из этого места есть выход?

– Таан-Веда мир, где переплетаются все миры. Здесь властвуют духи и силы, о которых я мало знаю. Но выход отсюда есть.

– И где же он? – Костун развёл руками, кругом высились только песчаные барханы.

– Везде и нигде.

– И что это значит?

– Если бы я знала, я впервые здесь, как и ты. Но эти слова я слышала от нашей Наставницы.

– Ладно, пока достаточно и знания того, что отсюда можно выбраться. Теперь пойдём.

– Пойдём? Но куда?

– Не знаю куда угодно, только не стоять на месте.

Таарка безропотно подчинилась, хотя и двигалась с трудом.

Костун шёл впереди пытаясь понять, как им выбраться из Таан-Веда, в голову ничего не приходило. Полная нагота, а особенно отсутствие мета-брони сбивало с толку, мародеры так долго пользовались заклятьями, что вдруг оказавшись без них, совершенно терялись. Рано или поздно мета-броня становилась самим продолжением естества, и потерявший эту связь чувствовал себя неполноценным.

– Не понимаю если это мир духов, то почему я чувствую песок под ногами, тепло солнц? Да и вообще не чувствую себя бесплотным?

– Этот мир так же реален, как и наш, пусть тебя это не обманывает, Таан-Веда существует совсем по другим законам, нам следует вести себя осторожно.

– Осторожно? – усмехнулся Костун. – Если даже появится какое-нибудь чудище или другая угроза, что мы сможем сделать? В этой проклятой пустыне негде укрыться, нам даже защищаться нечем.

– Сейчас мы должны полагаться только на себя, и на внутреннюю силу.

– Судя по твоим татуировкам на руках, ты шаманка. Слова твои похожи на те, что часто произносят колдуны. Но я мародер, и привык полагаться на броню.

– Дух сильнее стали воин.

Костун покачал головой, понимая, что спорить бесполезно, да и какой это имело смысл?

Три солнца, тускло святящие в небе, всё так же не двигались с места. Может никакие это и не небесные светила, а просто иллюзия. Мародер хотел бы поверить, что и всё остальное окружающее его просто мираж, но красные песчинки впивались в ноги, воздух вытягивал из него последние остатки влаги. Смерть от истощения превратилась в самое вероятное будущее.