Буря наметилась ещё ночью, когда пришли известия из Оргота.

Одна из многочисленных армий племён напала на него вечером, захваченные в боях артиллерийские установки и другое снаряжение армии Альянса, сильно упростило им задачу. Небольшой полис, которых в Бере около пяти десятков, был захвачен практически за несколько часов. В лагере об этом стало быстро известно, и на следующее утро он стал похож на развороченный осиный улей.

О неизбежности произошедшего знали все. Мародеры и охотники не имели никаких сомнений, на тот счёт какая участь ждёт небольшой пограничный полис, население которого в шесть раз меньше их собственного лагеря. У него ни одного шанса выстоять и пару дней, но от этого, волнение, поднявшееся в лагере не стало менее тихим. Это стало своего рода сигналом к действию и бойцы Альянса, приготовились взять всё в собственные руки, если командование не способно больше принимать решения.

Угрюмые мародеры и охотники, собравшиеся у крепости, где размешался командный центр, ждали появления генерала Ворона.

Капитаны, которые высыпали из крепости, как только начала собираться толпа пытались урезонить бойцов, но у них ничего не получалось. Мародеры и охотники смотрели на командиров, а те собравшись вместе крепко решили, выяснить политику оставшегося командования Альянса.

Гул вокруг крепости стремительно нарастал, шумел уже весь лагерь. Теперь уже только командиры звеньев, держали бойцов в достаточном удалении от крепости, чтобы не случилось беды.

Командование осознало, что нужно предпринимать какие-то действия, если оно не хочет иметь дело с бунтом.

К командирам вышел Стагот.

Колдун этот имел самую жуткую репутацию, среди всей колдовской братии, хоть они и не имели собственных объеденных одной целью структур, ими негласно командовал именно он.

Все прекрасно об этом знали, а потому притихли, колдуны оставались той силой, с которой приходилось считаться и мародерам и охотникам.

Стагот выйдя из крепости, направился прямиком к командирам, которые стояли обособленно. Оказавшись с ними рядом, после небольшой паузы, он заговорил:

– Я понимаю ваше волнение и потому прошу выслушать меня внимательно. События приняли такой оборот, что бездействие кажется вам напрасным и даже предательским. Но на, то есть причина…

– О какой причине ты говоришь колдун? – спросил один из охотников.

– Её узнают лишь некоторые из вас, такова воля Ворона.

Командиры зашумели, но Стагот остался спокоен, и терпеливо дождался, когда все утихнут.

– Где сам генерал?

– Почему мы не видели его уже месяц?

– Почему не он говорит с нами?

Вопросы посыпались один за другим.

Колдун поднял руку, призывая к тишине.

– Как я и сказал, из вас это узнают лишь некоторые.

– Тогда кто это будет колдун? И почему мы все не можем услышать то, что ты хочешь сказать?

– Это решение генерала Ворона и чем руководствовался он, отдавая мне это распоряжение, я не знаю. Если вы готовы слушать, я назову имена, которые он мне передал.

Командиры снова зашумели, всё происходящее мягко говоря выглядело странно.

Но поняв, что колдун неумолим, и продолжает стоять на своём даже и после нескольких брошенных угроз, командиры стихли готовые слушать.

Стагот стал произносить имена.

Всего он назвал их сотню. Имена Серого и Азы, в том числе.

Где не пройдёт охотник, там непременно проскочит мародер.

Поговорка охотников

Небольшая крепость, раньше служившая простой пограничной заставой, теперь превратилась в огромное каменное строение. Редкое для Бера явление, камень почти невозможно добыть в лесах, его привозили издалека.

Сотню командиров, как мародеров, так и охотников, сопровождал сам Стагот. Все следовали за колдуном молча, не без некоторой настороженности, ведь сотня, которую назвал Стагот, представляла из себя собрание самых сильных и закалённых командиров. Кто знает, что на уме у колдунов?

Стагот привёл всех в подземное помещение, которое вырыли совсем недавно, в некоторых местах вместо стен виднелась чёрная земля. В помещении оказалось тесно, не говоря о том, что низкий потолок, действовал мародерам и охотникам на нервы. Стагот же дождавшись пока все встанут по местам, вызвал шар испускающий сильный свет и поднял его к потолку, стало значительно светлее. Закончив с этим, колдун сказал:

– То, что вы увидите не должно покинуть эти стены. Предупреждаю, что зрелище это для вас необычное и потому будьте благоразумны, не делайте поспешных выводов.

Стагот посмотрел на дверь, что находилась, прямо противоположно той в которую все вошли.

Деревянная, дверь грубо сколоченная из кусков древесины, отворилась и на пороге её показался колдун, ни кем иным, человек облачённый в чёрный балахон быть не мог. На руках он держал поднос, на котором лежала голова. Голова генерала Гая Ворона.

Броня на мародерах и охотниках стала угрожающе наливаться энергией.

Все взгляды обратились на Стагота, требуя немедленных объяснений. Колдун остался невозмутим и ещё несколько мгновений внимательно всматривался в лица окружающих его командиров, после чего сказал: