сообщил, что пиво держит в ледяной воде колодца. Но чтобы даром не жечь

горючего, он, Илие, пройдет до конца этот рядок, и мы окажемся как раз рядом

с колодцем.

За трактором поднялось облачко пыли. Оно оставалось позади, а трактор

шустро катился вперед. Я удивлялся, как это Илие при такой бешеной скорости

мог держать машину на правильной линии. Зажавши ведро между ног, я с великим

трудом удерживал его в неподвижности.

– У нас сейчас отличные трактора. Дают не меньше пятнадцати километров

в час. Теперь-то я еду потише, чтоб не побить яички в ведре!..

– Ничего себе "потише"!
– вырвалось у меня, потому что я не успевал

считать бетонные столбы, поддерживающие виноградную лозу. Они действительно

мелькали, как спицы в колесе. Меня удивляла скорость трактора, но еще больше

то, что не было прицепщиков. Их работу теперь выполняла автоматика.

Поглядывая за ее действиями через заднее окошечко кабины, я не мог

налюбоваться ими. Один трактор Илие Унгуряну (других не было видно) носился

из конца в конец по неоглядному пространству, по зеленому океану

виноградников и управлялся с огромной работой. Были, очевидно, и другие

такие же тракторы, но они находились на иных плантациях.

– Вот теперь, после прополки, хорошенького бы дождичка!
– размечтался

Илие Унгуряну.
– Вот тогда бы мы показали тем дымарям из Чулука!.. Ведь наш

совхоз соревнуется с ихним. В прошлом году мы их победили по винограду.

Надеюсь, что и в нынешнем утрем им нос! Чтоб особенно-то не задавались!

Во время работы большую часть времени Илие приходилось молчать. Тут, у

колодца, он мог отвести душу, дать волю своему языку. Там, за рулем

трактора, он весь как-то напружинивался и был похож на орла, высматривающего

дичь. Теперь мог расслабиться. Словесный поток так и хлестал из него.

Поговорив о дожде и своих настоящих и будущих победах над "дымарями" из

Чулука, Илие принялся хвалить воду из этого колодца, хотя любой разумный

человек мог раскритиковать это сооружение в пух и прах. Что, впрочем, и

делал почтальон бадица Василе Суфлецелу.

Колодец мало походил на колодец. Он скорее напоминал памятник,

возведенный среди виноградных массивов. "У других такого колодца нет!" - мог

сказать руководитель хозяйства. Те же слова с таким же основанием и правом

мог произнести директор другого, третьего, четвертого совхозов, потому что

все старались перещеголять друг друга в архитектурном оформлении источников.

На огромных пространствах молдавских угодий можно увидеть колодцы с

винтообразной жердиной в виде журавлиной ноги, колодцы в форме старинной

крепости или винодельческого пресса и еще более причудливые. Есть

колодцы-терема, колодцы-избушки на курьих ножках. И воздвигнуты эти

дорогостоящие памятники вдали от дорог и тропинок. Красивы, ничего не

скажешь! Но красота их не подкреплена целесообразностью. Народ привык видеть

подобные сооружения возле дорог, где, как говаривалось прежде, конный и

пеший могли остановиться и утолить жажду. Рылись колодцы обычно и на

каком-нибудь плоскогорье, на лугах, на выгоне, куда пригонялся скот на

водопой. Тут и пастух мог умыться, освежить лицо.

Если бы Илие не привез меня сюда на своем тракторе, я бы и не знал о

существовании этого колодца, хотя в прежние времена исходил эти поля вдоль и

поперек, помнил даже, где заяц устраивает свою лежку. Теперь стоял и дивился

художественному творению, сокрытому от людских взоров. Можно без малейшего

преувеличения сказать, что колодец этот был не что иное, как настоящее

произведение прикладного искусства. Оно сделано мастером, или мастерами, в

виде гайдуцкой винокурни с крышей из оцинкованной жести, с металлическим

петушком на коньке, с прессовым дубовым столом вместо скамейки. Половинки

бочонков исполняли обязанности стульев. Не хватало разве что античных статуй

и медвежьих шкур у ног. Сам колодец был окружен забором в виде крепостной

стены, хотя сделан был из легкого, искусного сплетения гибких прутьев. На

концах столбиков, вокруг которых вились прутья, торчали глиняные горшки и