– Пап, пап, ну где же он?

– Смотри чуть выше и левее.

– Не вижу.

– Смотри внимательней, сын. Вот, где сейчас погасли звезды.

– Ой, вижу! Он такой большой! А почему он весь черный?

– Это от того, что он весь покрыт особым материалом, который поглощает солнечный свет и перерабатывает его в энергию. Вы ведь уже проходили в школе, что такое солнечные батареи?

– Да, Тасако-сэнсэй нам рассказывал. Когда я вырасту, хочу летать на таком.

– Ох, сын. На этом ты не летать не сможешь. Он совсем без экипажа и управляют им с земли, из специального центра управления.

– Тогда я хочу быть управителем этого центра!

– Если будешь хорошо учиться, то обязательно будешь. Так, а теперь покажи, где у нас расположена Бетельгейзе. Помнишь, я показывал тебе в прошлый раз…

Отец с сыном склонились над телескопом, а черное пятно продолжило неторопливый путь по небесной траектории.

Четыре дирижабля серии «Мэйдзи» были заложены на стапелях верфей «Мицуи дзосэн» двадцать лет назад, как часть программы по модернизации Воздушных сил самообороны, и пять лет спустя совершили первый полет. Падкие на сенсации журналисты сразу же окрестили их одним из символов современной Японии. И вправду было от чего. Никто до той поры не вкладывал в создание дирижабля такого количества средств и достижений современного прогресса.

При длине оболочки около трехсот метров и высоте больше шестидесяти, их объем составлял полмиллиона кубических метров. Баллонеты, покрытые графеновой пленкой, надежно удерживающей смесь гелия и водорода от утечки, могли возносить на высоту в сорок километров больше трехсот тонн груза.

Обшивка, собранная из легких композитных лент, была покрыта солнечными батареями – панелями из черного кремния, поглощающего практически весь падающий на поверхность солнечный свет и перерабатывающего его в электроэнергию. Полученного электричества хватало и на восемь двигателей – четыре маршевых по бокам корабля и четыре рулевых, обдувающих Х-образное оперение, и на все оборудование, находящееся на борту. Отдельным поводом для гордости было то, что дирижабли не требовали экипажа, благодаря чему их создатели могли конструировать свои детища не оглядываясь на необходимость учитывать потребности столь капризного существа, как человек.

С момента первого взлета дирижабли, управляющиеся из наземного центра, возвращались на землю лишь раз в год – для очередного технического осмотра. Все остальное время любой желающий с биноклем или телескопом мог наблюдать в небе эти гигантские черные мячи для регби.

Однако, после десяти лет эксплуатации Управление обороны объявило, что «Мэйдзи» больше не вписываются в военную доктрину страны и, подобно ребенку, отказывающемуся от старой игрушки в пользу младшего брата, передало дирижабли на баланс Министерства окружающей среды.

Впрочем, в жизнь «Мэйдзи» это событие особых изменений не привнесло. Они все также круглый год кружили над страной, способные заметить любой мало-мальски крупный пожар, собрать данные о зарождавшихся циклонах и тайфунах, и даже отыскать в Японских Альпах [66] заблудившегося туриста, самонадеянно оставившего дома интелфон. Несколько лет назад четыре гиганта даже стали героями очередной серии марок, ежегодно выпускаемой «Японской почтовой компанией» для гостей страны.

И только избранные знали о том, что передача дирижаблей из одного управления в другое была частью плана, имевшего целью вывести «Мэйдзи» из сферы внимания иностранных военных аналитиков. Мирная работа воздушных великанов по мониторингу окружающей среды была лишь верхушкой айсберга. И если бы стороннему наблюдателю или шпиону удалось заглянуть в недра небесного левиафана, он увидел бы его основной груз – шесть десятков беспилотных дронов, активны из которых были лишь пятьдесят, уютно устроившихся в специальных ячейках, напоминающих пчелиные соты. Время от времени на их корпусах вспыхивал проблесковый маячок и слышалось тонкое попискивание: системы дронов откликались на тест-сигналы управляющего интела.

На самом деле «Мэйдзи» входили в состав отдельного истребительного авиакрыла Воздушных сил самообороны Японии, призванного первым встречать врага. В любой момент беспилотные убийцы были готовы покинуть свои гнезда и устремиться на перехват ракеты, самолета или наземной цели.

«Меч, собирающий облака рая», один из четверки «Мэйдзи», скользил в ночном небе по привычному маршруту, в тысяче километрах от Токио. Серверное хранилище, упрятанное в глубине дирижабля и не нуждавшееся ни в свете, ни в воздухе, как обычно, было погружено во тьму. Лишь иногда цифры и символы, проносясь редкими болидами по монитору управляющего интела, выхватывали из темноты очертания серверных стоек.

Но вот интенсивность сигналов резко возросла, столбики цифр и иероглифов замелькали по экрану, сливаясь в светящиеся ленты. Одновременно в грузовом отсеке замигали проблесковые маячки десяти «резервистов», выводя их из холодного небытия. Интел воздушного корабля получил приказ на запуск протокола «Enola Gay», составленного на случай проведения командно-штабных игр с использованием настоящей, боевой техники. Обычно для таких игр хватало мощности интелов Объединенного комитета начальников штабов, но рассуждать и тем более обсуждать полученный приказ, электронный командир корабля был не приучен.