На вопрос Сур-эта, где находится Наследник, Бис-мил изобразил уже полного идиота и поинтересовался:

– Какой Наследник?

Стражи взвыли, до них наконец-то дошло, что ситуация выдалась, мягко говоря, нештатная. «Удивлённый до глубины души» Бис-мил пропустил в Башню всех желающих, и началась увлекательная игра: «Найди Наследника». Что характерно, с нулевым результатом. Бис-мил, который только что спровадил нас с Кара-суром в подвалы, тихо радовался, глядя, как стражники в сотый раз пробегают по лестницам Башни, но принца найти не могут. Стражники вместе с Сур-этом даже в подвалы умудрились наведаться, но мы к тому времени уже плыли по подземному озеру, дверца закрылась, статуя стала на место, так что ничего не было обнаружено и там.

Спустя полтора часа безуспешных поисков Сур-эт помчался во дворец к Рах-мату с неутешительными вестями о том, что из Башни Духов таинственным образом исчез не только принц-Наследник, но и Чоуроджи – его будущий наложник. Рах-мат поспешил с докладом к Правителю, тот схватился за голову и велел вызвать придворных магов и жрецов Солнечных Богинь. Жрецы Солнечных Богинь, хоть и помогавшие Правителю в борьбе с Орденом, но прекрасно помнившие многолетние гонения, тут же придумали отмазку – мол, вера их запрещает входить в место скорби, коим является Башня Духов, иначе как для помощи страждущим, заключённым в нём и ищущим утешения. А поскольку таковых не наблюдалось, ушлые жрецы с чистой совестью идти в Башню отказались, заявив, что будут искать пропавшего принца в самом городе.

Это для нас было чистым везением по двум причинам – во-первых, в городе искать нас с Кара-суром было бесполезно, во-вторых, жрецы Солнечных Богинь смогли бы просечь даже сквозь наложенные заклятья, что находящийся на данный момент в Башне Духов принц и есть «пропавший» Кай-сур, а исчез вместе с Чоуроджи именно опальный Кара-сур.

Кстати, Сур-эту эта мысль тоже пришла в голову, Кай-суру он был предан не за страх, а за совесть, поэтому вместе с магами в Башню он поволок ещё и Рах-мата, чтобы проверить уж наверняка.

Кай-сур, которого к тому времени Бис-мил развязал, метался по комнате, громил мебель и угрожал всем карами небесными. Поэтому он с самого начала повёл себя неправильно – магов и Рах-мата встретил потоком ругательств, Сур-эту тоже досталось до кучи, к тому же Кай-сур выдал совершенно фантастическую (а на самом деле правдивую до последней запятой) версию побега опального брата, не забыв облить Бис-мила грязью с ног до головы. Естественно, что у всех заинтересованных лиц он вызвал сильнейшую неприязнь, вызванный Бис-мил держался твёрдо и заявлял, что виновен в том, что позволил себе злоупотребить после дневных трудов эликсиром забвения и что проснулся он только тогда, когда в ворота Башни начал барабанить Сур-эт. Умный Бис-мил не стал выдумывать ничего сложного, он держался самой простой версии, к тому же, служа в страже, он научился ставить мысленные щиты, скрывающие ложь. Маги, естественно, проверили Бис-мила, заявили, что он говорит правду, и нерадивый тюремщик отделался тремя дюжинами плетей и лишением трёхмесячного жалованья за вопиющую халатность.

Когда же маги проверили Кай-сура, они тут же обнаружили плетение знакомых заклятий, и своих, и Аш-Асинских, и в один голос заявили, что гнусный злоумышленник решил воспользоваться ситуацией и посеять ещё больший хаос, чтобы самому выбраться на волю. Рах-мат, не склонный к излишней доверчивости, тоже проверил Кай-сура и согласился с магами. Внешне близнецов не смогла бы различить и родная мать, к тому же, Кай-сур от всех приключившихся переживаний тоже выглядел болезненно-бледным, с тёмными подглазьями, а наложенные мною заклятья довершили чёрное дело. Никто Кай-сура за Наследника не признал, более того, разозлённый Рах-мат отвесил принцу полновесную пощёчину и заявил, что сегодня же навестит его в компании стражей для выполнения обычной процедуры. И не изменил своему слову.

Уже вечером избалованный принц Кай-сур очень хорошо понял, так сказать, прочувствовал на себе, что значит – подчиняться чужой воле и не иметь никакой возможности прекратить это. И он возмечтал о мести брату и проклятому мальчишке-Чоуроджи, о котором всё равно не мог думать без сердечного содрогания.

***

Неожиданно Охраняющий Грань сказал:

– Не стоит вам возвращаться. Старейшины не знают, но я нашёл подземную протоку, которая может вывести вас отсюда прямо в Море. Нужно только подумать, как быть с сухопутным…

Что? Что значит – как быть с сухопутным? Он что такое задумал?

Видно, у меня лицо стало очень уж… красноречивое, потому что Охраняющий Грань улыбнулся и заявил:

– Не подумай ничего такого, дитя Моря. Я просто беспокоюсь – сможет ли твой друг проделать такой путь вплавь – ваша лодочка там точно не пройдёт. Да и нырять придётся местами…

Я посмотрел на Кара-сура, тот грустно покачал головой. Нет. Не сможет. Значит, всё-таки придётся возвращаться. Но тут Охраняющий Грань улыбнулся и сказал:

– Кажется, я знаю, что делать.
– Он ушёл в дальний угол пещеры, потом вернулся и протянул Кара-суру что-то вроде ожерелья ярко-красного цвета, сделанного из чего-то похожего на пластик, как и наша «лодочка». «Ожерелье» выглядело как широкий воротник, застёгивающийся сзади, впереди в него был вставлен странный переливающийся круглый плоский камень. Охраняющий грань протянул «ожерелье» Кара-суру и сказал:

– Надень это. Если ты эмпат – то вполне сможешь им управлять.

– Что это такое? – удивлённо спросил я. – Не похоже на то, что создано местной магией.