***

Бис-мил вошёл в камеру, где когда-то находился опальный принц, а теперь обитал Кай-сур. Рах-мат и стражи только что покинули строптивого заключённого, и Бис-мил не сомневался, что он нуждается в помощи. Да, в душе Бис-мила жила огромная жажда мести. Да, он считал, что все выпавшие на долю Наследника неприятности вполне заслужены им. Но всё же это было как-то… гадко, и Бис-мил больше не хотел мстить. И, хотя спина его ещё болела, а походка была неловкой из-за полученных накануне трёх дюжин плетей, Бис-мил считал это справедливой платой за свою состоявшуюся месть. Собственно говоря, не будь принц таким говнюком и не попытайся выдать его с потрохами, тюремщик даже пожалел бы его. Интересно, в каком состоянии Кай-сур сейчас?

Кай-сур лежал в купальне, на той самой серой подстилке, на которой столько раз насиловали его брата. То ли стражи перестарались, то ли Рах-мат получил приказ Правителя, расстроенного пропажей Наследника, обходиться с пленником жёстче, но смотреть на обнажённое тело в синеватых и красноватых пятнах укусов и засосов, заляпанное чужой спермой, было реально… страшновато. Кай-сур не шевелился, глаза его были закрыты, из-под ресниц стекали слёзы. Бис-мил вздохнул. Всё-таки Наследника было жаль – такого не заслуживает никто.

Бис-мил поднял Кай-сура на руки, как не раз делал это с его братом в схожих ситуациях, и осторожно погрузил его в тёплую воду. Кай-сур открыл глаза и тихо сказал:

– Ты доволен? Ты должен быть доволен, видя меня в таком жалком виде.

– Нет, - ответил Бис-мил, осторожно обмывая тело принца, - мне всё это не нравится. А ещё меньше мне нравилось, когда подобное проделывали с вашим братом.

– Хочешь сказать, что это моё наказание?
– прошипел Кай-сур. – Радуйся, я наказан! Я, Наследник Правителя, теперь хуже подзаборной шлюхи!

Бис-мил только головой покачал, продолжая обмывать тело Кай-сура. Неожиданно он подумал, что принц красив, действительно красив и что если бы не его злобный характер, в него было бы очень легко влюбиться. Мысленно он одёрнул себя – как не стыдно, парню и так достаётся, ещё не хватало ему озабоченного тюремщика со странными мыслями…

– Что ты молчишь? – продолжил Принц. – Презираешь? Правильно, я достоин презрения! Все мои несчастья начались с того, что я влюбился в этого мальчишку-Чоуроджи! Это он во всём виноват! Но я всё равно вырвусь отсюда и отомщу ему!

– Нет, ваше Высочество, - возразил Бис-мил, - Чоуроджи ни в чём не виноват перед вами. Разве он давал вам твёрдую надежду? Играл на ваших чувствах? Он сразу сказал, что не любит вас. Это вы пытались пленить и поработить его. Вы хотели взять его силой, без любви… Каково ему было бы, а, ваше Высочество? Теперь вы сами знаете ответ на этот вопрос…

Кай-сур опустил голову:

– Это… это ужасно. Я не смогу так… долго. Помоги мне, ты ведь знаешь правду! Расскажи её Рах-мату, прошу тебя…

– Думаю, - сказал Бис-мил, вытаскивая принца из ванны и заворачивая его в большое мохнатое полотенце, - что время для правды ещё не настало…

***

А где-то далеко гигантская рыба, несущая на себе двоих седоков, почти выбросилась на песчаный пляж, на котором вокруг костерка сидели путники. Один из седоков – высокий стройный Чоуроджи – соскочил с рыбы, потрепал её по усатой морде и бросился обниматься с другим Чоуроджи – чуть пониже ростом…

========== Глава 41. Новый сон ==========

Я соскочил с рыбы Тао, потрепал её по усатой морде, ощутил исходящую от неё волну острого счастья – хозяин доволен! – так что мне даже немного стыдно стало. Но тут я узрел бегущего ко мне Антошку, и все остальные мысли вылетели у меня из головы.

Антошка подлетел ко мне и бросился обниматься, я обнял его в ответ, а потом потянулся к губам за поцелуем. На какое-то время мы вообще выпали из реальности, пока Мит-каль не кашлянул и не сказал:

– Сти-сляб, ну что ты своего спутника бросил? Он стесняется. Нехорошо…

Я повернулся к Кара-суру, которому Дин-эр уже помог соскочить с рыбы Тао, и сказал:

– Извини.

– Ничего, - улыбнулся принц, - я понимаю. Это же твоя Пара…

Мне показалось, или эти слова он произнёс как-то тоскливо? Но я не стал заниматься психоанализом, а просто сказал:

– Всё в порядке. Это моя Пара – Антошка, а это – мои друзья, их зовут Мит-каль и Дин-эр. А Мурик, кстати, где?

– Бегает где-то, кошак беспокойный, - улыбнулся Дин-эр. – Не волнуйся, он скоро появится. Просто ему так интересно бродить по ночному берегу…