Арго-II бесшумно скользит по поверхности купола, и первый толчок случается тогда, когда борт корабля пересекает границу реального мира и мира Огигии. Нас шатает из стороны в сторону и Беатрис приходится сильней перехватить поручень рядом со мной. Я обнимаю ее за талию, когда следующий толчок едва не переворачивает корабль.

Магия ослаблена и нестабильна. Но не сломлена.

– Ты уверен, что мы выживем, Вальдес? – нервно хрипит Перси.

– Не дрейфь, старик, – отзываюсь я, хотя сам до конца не уверен в том, что мы не разобьемся о песочный берег острова.

Приходится вернуться в главную кабину. Я сменяю автопилот ручным управлением и стараюсь вывести нас из жуткой тряски. Фестус выпускает пар, охлаждая двигатели, но, кажется, даже для моего корабля виснуть в небе без движения, сохраняя при этом равновесие, слишком тяжело. Я бы даже сказал невозможно. Будто в подтверждение этому корма Арго-II накреняется вниз, и все, что могу я – выравнивать его по мере падения.

– Джейсон, – кричу я, что есть мочи. – Не помешала бы твоя помощь!

Грейс реагирует мгновенно. Мгновение, всего одно единственное мгновение. Ветра подхватывают корабль, но едва ли это замедлит наше падение. Пайпер врывается в кабину пилота в тот момент, когда нас скашивает на бок.

– Скажи Джейсону, чтобы держал нас ровно...

– Лео, он не выдержит! Слишком тяжело! – кричит она сквозь вой глохнущих двигателей.

– Перси! Пусть посадит нас на воду! – но сама идея слишком невероятна, а до песчаного берега остается всего несколько десятков метров.

В какой-то момент волна словно заглатывает корабль, оттаскивая нас от опасно близкого берега. Я слышу, как окончательно глохнут и отключаются из-за воды двигатели. С палубы доносится тихое улюлюканье. Джексон – герой, что ни говори. Десятифутовая волна схлынула с берега так же быстро, как и налетела, не принося при этом ему никакого ущерба. Бок корабля погряз в песке, а другой торчал к верху двухметровой выбоиной. Вместе с тем голова Фестуса омывалась солеными брызгами волн.

– Прости, дружок, но придется подождать, – я выскакиваю из заливаемой водой кабины пилота.

Меня встречают несколько пар гневных глаз. Первой голос подает Аннабет. Она не то чтобы злится, скорей поддерживает образ невозмутимой дочери Афины.

– Не смейте пускать его за пульт управления. Он прикончит нас быстрей всякого Урана.

Тихий смех Хейзел и ободряющая улыбка Беатрис. Вот она – моя команда Лео. Би слабо кивает головой, словно давая команду к действиям. Вот только сомнения и предвкушение заполняют меня до краев, вытесняя любое другое теплое чувство.

– Ладно, Вальдес. На этот раз ты не так уж сильно накосячил, – Перси хлопает меня по плечу и слабо улыбается, стирая со лба пот.

Кажется, цунами не так просто даются полубогу. По крайней мере, не без особых на то потерь. Наконец какое-то особое чувство гармонии и взаимопонимания на секунду проскальзывает между нами, несмотря на то, что палуба Арго-II медленно наполняется водой. Я спускаю веревочную лестницу, и мы спускаемся на берег. Вместо того, чтобы спуститься первым, я выключаю все сети питания корабля, перепроверяю сохранность некоторых припасов, а на самом деле, то и дело одергиваю свою камуфляжную куртку, что была под теплым зимовником. Поправляю волосы, не удовлетворяюсь своим едва ли свежим дыханием. Много чего из того, что я делаю, выглядит, по крайней мере, глупо. Мы не виделись целый год, и если она вообще помнит меня, то ей будет плевать, насколько чистая на мне куртка, или какой дезодорант я использовал перед тем, как на лагерь обрушился гнев Хионы.

Я беру себя в руки спустя некоторое время. Друзья уже столпились внизу, в надежде на то, что я стану их послом в разговоре с разгневанной богиней.

– Что дальше? – интересуется Фрэнк.

– Думаю, вам стоит прочесать берег. Что, если она где-то поблизости, – предполагаю я, стараясь не смотреть в глаза друзьям.

Один только Перси усомнился в моих словах. На его лице написано некоторое волнение и это не удивительно: он тоже провел некоторое время с Калипсо. Сложно предположить, насколько далеко зашли их отношения, но я стараюсь не думать об этом. В конце концов, он не пытался найти ее, даже не смотря на размолвку с Аннабет.

– А что ты собираешься делать? – встает в позу Пайпер. – По-твоему, она нормально отнесется к тому, что мы разгромили береговую линию?

Я улыбаюсь. Конечно, нет. Вспоминая, как ее злила поломка стола, – а ведь это только стол – добрая половина размытого берега вряд ли говорит о том, что она примет нас со всеми почестями.

– Увидимся позже, – я оглядываюсь в сторону Беатрис, и она все еще улыбается.

– Удачи, – произносит она одними губами.

И я бреду по песку туда, где берег переходит в широколистный лес, обступивший остров со всех сторон. Ранее здесь была протоптана тропинка, теперь же создавалось впечатление, будто на Огигии уже давно никого не было. Странное ощущение липкого страха заползает в душу. Нутро словно вывернули наизнанку, и я, поддаваясь порыву эмоций, мгновенно ускоряю шаг. Что если кто-нибудь из богов решил использовать ее как приманку? Что, если с ней что-нибудь случилось? Что, если я опоздал?

Сердце выпрыгивает из груди, а надрывный пульс замирает в ушах с каждым новым шагом. Неужели я проделал этот путь совершенно напрасно? Нет. С ней все в порядке. С ней должно быть все в порядке. Она сильная, она бы справилась...

Но когда я, наконец, выхожу из зарослей и натыкаюсь на вход в знакомую пещерку, сердце ухает вниз, к пяткам. Никого. Тишина и тихое пение птиц. В пещере по-прежнему поблескивают кусочки кристаллов, на огне тушится мясо, а по периметру расставлены все те же горшки с цветами. Одним из них она даже запустила в меня однажды. Но ностальгия уходит, а внутри поселяется настоящий всепоглощающий страх. Я слишком нервничаю. С ней ведь все в порядке?