Подойдя вплотную к дверям центра управления, Снайпер выстрелил из своей бластерной винтовки в замочную скважину. Место вокруг замка почернело, а пластиковая дверь слегка вышла из паза. Снайпер толкнул дверь ногой и вбежал в центр управления.

Шокированные (по крайней мере, у Снайпера в голове возникла именно такая ассоциация) роботы оторвались от своих будничных дел и уставились на вошедшего. Они либо просто подвисли, либо застыли, штудируя компьютерные коды в поисках алгоритма действия в ситуации, когда в центре управления Инкубатория показывается вооружённый человек. Видимо такой алгоритм действий отсутствовал (если все-таки откинуть мизерную вероятность массового глюка роботов) на жестком диске киборгов, так как даже спустя пять-шесть секунд после проникновения непрошенных гостей, никто из "штучных" ученых даже не шелохнулся.

Что бы повредить защитное стекло капсулы центра управления, Снайпер достал свой нож и варварским способом прикончил электротрофов.

Ауст стянул с лица маску-противогаз и с вожделением в глазах, словно зомби, зашагал к пульту управления, над которым висел, голографический экран с сегментным делением. На одних сегментах транслировалась запись из других блоков Инкубатория, в других клетках отчеты об основных производственных процессах.

– Наконец-то нормальный, современный компьютер, - загипнотизированным голосом прошептал Ауст, кладя на край тихо жужжащего блока питания свою маску. Пролежав всего секунду, маска-противогаз свалилась на пол, ударившись об прочное оргстекло лицевой частью. Послышался звук треснувшегося зеркальца, который моментально привел в чувства ученого. К несчастью для Ауста, звон был настолько пронзительным и громким, что его услышал и Снайпер, снимающий во время инцидента свою маску.

Ауст быстро поднял свой противогаз с пола и прикрыл его рукой, но пристальный взгляд напарника уже полировал, то, что ученый старательно пытался скрыть. Осознав, что пойман с поличным, Ауст отвел в сторону ладонь скрывающую маску и посмотрел на стеклянную вставку. Со стороны правого глаза, примерно до середины вставки, пролегала извилистая трещина. Ауст виновато посмотрел на Снайпера, на чьем лице виднелся эмоциональный шаблон "разгневанный руководитель".

– Какого черта Ауст?

– Так... Засмотрелся!
– Робко оправдался Ауст и скорчил невинную мину, словно маленький ребенок, уличенный в безобидной шалости. Вернее, только попробовал свинтить что-то близкое к "детской невинности". Снайпер недовольно вздохнул.

– Ладно, будем надеться, что тебе эта дурацкая маска больше не пригодиться. Теперь нам необходимо распылить антидот!

Ученый весь загорелся, почувствовал, что нашел легкий и тоже время достойный способ сгладить свою нелепую оплошность.

– Легко!
– Ответил Ауст.

Ауст моментально принялся производить какие-то манипуляции с компьютером, прописывая на длинной системной клавиатуре программные коды. Снайпер зачаровано наблюдал за решительными действиями ученого.

Дописав последний код, Ауст звонко щелкнул по клавише "ввод" и отступил на несколько шагов назад, столкнувшись с мигающим, словно рождественская елка системным блоком.

– Антидот!
– Императивно приказал Ауст, и Снайпер принялся копошиться в своем рюкзаке. Достав небольшую колбу с прозрачными стенками плотно закрытую вакуумной крышкой, в которой болталась какая-то жидкость ядовито-фиалкового цвета, он бережно передал баночку ученому.

Из потолка выползла механическая рука на коротком ребристом поводке с тремя длинными щупальцами. Ауст поднес колбу с антидотом. Извивающаяся металлическая змея, видимо оснащенная чувствительными фото-сенсорами, цепко схватила преподнесенный дар и мигом спряталась в свою потолочную расщелину. Как только клешня скрылась из виду, щелка в потолке закрылась хромированной створкой.

– Вот и всё!
– Произнес Ауст, деловито потирая ладони, красноречиво показывая всем видом, что справился с задачей.

– Всё?!
– Неуверенно справился Снайпер.

– Конечно! Смотри!

Пальцем Ауста указал в сторону зала. Снайпер посмотрел на безликую толпу клонов и сразу отметил появления первых перемен в их поведении. Во-первых, отдельные индивиды перестали шевелить губами. Во-вторых, практически все замотали головами, и, слава богу, не в один такт и не в одном направлении. Самые продвинутые даже попробовали почесать свои носы или вытереть руками заспанные глаза.

Ауст нажал ещё на какую-то клавишу на клавиатуре и из панели управления появился динамический микрофон. Ауст перевел переключатель на стволе микрофона в позицию "Вкл" и, откашлявшись в рукав, произнес торжественным голосом:

– Доброе утро, дорогие сограждане!

Многократно усиленный, громоподобный голос Ауста полетел в глубину зала, слегка напугав толпу.

– Слушайте меня внимательно!
– Продолжил ученый.
– У меня для вас жизненно важные известия!

Далее Снайпер отвлекся от эпического монолога Ауста, так как в эту самую минуту на связь с ним вышла Дымка. Девушка сообщила Снайперу о том, что многотысячная армия повстанцев подходит к территории Инкубатория. Также Дымка рассказала Снайперу о том, что на призыв о бунте откликнулось большая Гетто и отрапортовала о дальнейших планах союзных сил, предварительно согласованных с Чижом.

По словам девушки, войска повстанцев поделены на две группы (в деления армии усматривалась непосредственное участие Чижа). Первая группа, составляющая примерно двадцать процентов личного состава, возглавляемая Дымкой, должна была пробираться в блоки Инкубатория и заняться "оживлением" новобранцев. В том числе группа Дымки отвечала за вооружения новобранцев (тех, на кого хватит оружия), а также за подготовку к переброске союзных войск на соседнюю территорию.

Вторая группа под патронажем Чижа должна была заняться подготовкой к обороне занятого сектора. В основном, группа главаря Изгоев отвечала за создание заградительных баррикад и иных оборонительные укреплений из подручных средств, из-за которых можно будет вести обстрел армии противника. А Чиж, как верховный главнокомандующий, лично руководил расстановкой боевых групп и прочими, не менее важными стратегическими действиями.