Почему-то и Борис, и Глеб забывают про такую штуку, как вдохновение. Если чего и бояться нашему пишущему брату, то это именно его: может завести в такие дебри, что Алеутские острова покажутся раем. Откуда оно берётся, не знает никто, но классики утверждают, что источником вдохновения всегда была женщина. Рядом со мной - беззубая беременная кошка, которая хорошо кушает. Но, увы, для вдохновения этого мало. Я не возьму её в свою мечту. Её преданность и стойкость к жизненным невзгодам, забота о будущем потомстве перечёркивались одним-единственным минусом: затащить к себе подружку с улицы можно, но вытащить улицу из подружки нельзя. Уличной она останется навсегда. Аксиома, не требующая подтверждения опытным путём. И физическая ущербность совсем ни при чём. Хорошо, если б рядом оказалась Алина. Я тогда ещё не расстался с ней, но решение уже принял. При расставании у меня всегда что-то свербит внутри. Не так-то просто расстаться с женщиной, которая к тебе привязана. На это надо решиться. Борькин метод мне тоже не подходил. Как и в знакомствах, способы расставания у каждого свои.

Курортный сезон заканчивался, но пляж не пустовал. Беременные мамки уступили место знойным красоткам. Ежедневно появлялась новая и в позе "звезды Крыма" укладывалась неподалеку от меня. Внушительные размеры растекавшихся по бокам бюстов почти у каждой из них смущали меня, не давая сосредоточиться. Перед судебным заседанием надлежало думать о Борькином наследстве. А тут - стройные ноги, узкие бикини и талии, как у танцовщиц кордебалета. В моём положении предпочтительнее сейчас были бы буркини14.

Только я задумывал извечное мужское - поприставать накоротке, с намёком на вечернее продолжение - тут же возле достоинств четвёртого размера укладывался тот, кто успел до меня проделать всё то, что я в этот момент планировал. Почти каждый из успевших обязательно был с обвисшим брюхом. А в тренажёрный зал нельзя заскочить хоть на пару месяцев перед приездом? Наверняка весь год собирался?.. Почему нет никакого желания приосаниться и хотя бы две недели побыть плейбоем, сверкнуть на солнце красивым мужским торсом? Зато одежда дорогая: туфли, часы, аксессуары. Я поймал себя на мысли, что завидую им. На одном полюсе моего раздражения была зависть, на другом - жалость к самому себе: типа я весь такой спортивный и подтянутый, а кроме беременной кошки, возле меня - никого. Эгей, женщины, где же вы?..

– Костя, привет! Как ты, как Крым? Как наши дела?

Звонок Бориса прозвучал, когда я заканчивал утренний пляжный моцион. Голос приятеля диссонировал с этим тихим, почти сонным местечком. Борька радостно поделился со мной коротким стихом, только что им сочинённым:

– Я на пляже, на Солнечной. Помнишь, как мы здесь в футбол?.. Я тут под впечатлением от рыхлых мужских форм. Будь моя воля, не пускал бы таких на пляж. Вот, послушай:

– Эх, Маяковский Вова,

Стихи твои вовсе не новы:

"Для мужчины нет лучше одёжы,

Чем крепость мускулов и бронза кожи".

– А можно добавить?
– решил я щегольнуть таким же умением.

– Валяй.

– Сегодня он написал бы

Более современные псалмы:

Про молодых и пузатых,

В богато надетых заплатах...

– Интересно. Можно присвоить?

– Дарю. Исключительно для развития темы.

Я полностью разделяю мнение Бориса. Единственное несогласие, с которого и началось наше знакомство, осталось в прошлом, и мы больше никогда к нему не возвращались. Пришли другие времена, и эта тема стала ещё более болезненной. Перед отъездом мы снова сцепились по поводу присоединенного полуострова.

– А как же, по-твоему, воля народа? Та самая, что высказана на референдуме?

– Ну, тогда надо было выяснить, какую волю выскажет и тот народ, что за пределами полуострова. Я уверен: в остальной Украине другое мнение, - упорствовал Борис.

Он никогда не жил в современной Украине, но гены взяли своё. Я понимаю его и молчу. Я молчу так же, как молчит Глеб, когда я припираю его к стенке. Только в отличие от споров с Глебом, с Борисом в вопросе по Крыму мы не сойдёмся никогда. Но и воевать тоже не будем. Я в этом уверен.

Как крокодил, зарывшийся в ил на время засухи и впав в анабиоз, полуостров затаился до лучших времён - до "сезона тропических дождей", когда вместе с обильной влагой можно всплыть и направиться к месту своей постоянной и сытной кормёжки, к месту, где вылупился из яйца.

В остальном наши с Борисом противоречия антагонизма не содержат. Тем более в вопросах пляжной эстетики.

– Может, внесём предложение в порядке законодательной инициативы?
– предложил я в шутку.

– Какой?

– На пляжах должны быть все либо голые, либо в буркини, если нет подтянутых мускулистых тел, стоячих грудей и упругих ягодиц. Потому что с пузом и складками на боках - это к нудистам, у них там целые города. Пусть там трясут своими морщинистыми, исхудавшим от диет телами-макаронинами и толстыми сардельками со складками, если они уверены в своей правоте.

– Согласен. А что думаешь по поводу стрингов?
– поддержал тему Борис.
– По-моему, стринги вообще преступление против человечества и мужского глаза.