Смеркалось.

Справедливо рассудив, что за мной придут еще не скоро, я решила сама отправиться к друзьям. С трудом найдя светлицу, в которой оставила вещи, к счастью, опустевшую, я схватила пожитки и, нелитературно выражаясь, дала деру.

К счастью, мой пространственный кретинизм не проявил себя, так что я без проблем нашла наш трактир, периодически повторяя процедуру с порошком, так что в конце концов его оставалось всего ничего. Все еще невидимая, я на цыпочках взбежала по лестнице и заглянула в нашу комнату.

Лика сидела на кровати и куксилась, Гераден стоял возле самой двери, мешая мне войти, а Сэранок ходил из угла в угол.

— Может, пошли уже? — в сотый, судя по выражению лица, раз поинтересовалась подруга.

— Рано! — Гераден посмотрел за окно.

— Ничего не рано, темно уже! — воскликнула Лика. — Вы что потом, из комнаты князя ее вытаскивать будете?

— Хорошо, если не из-под… — начал было Гераден, но я, догадываясь о содержании фразы, прервала ее, толкнув его в спину.

Судя по всему, я стала видимой внезапно, на середине комнаты, потому что спутники уставились на меня, как на привидение. Сработал эффект внезапности — ох как я его люблю!

— Что смотрите, поехали быстрее! — воскликнула я. — Удивлюсь, если по городу меня еще патрули с факелами не ищут.

— Сандра… — начал было Сэранок, но я перебила, тыча его пальцем в грудь:

— А с тобой, папочка, я потом поговорю.

Схватив вещи, мы спустились вниз. Гераден, как всегда, остался улаживать финансовый вопрос, Сэранок бросился в стойло за лошадьми, а Лика — ко мне на шею.

— Как я волновалась! — воскликнула она, отпуская меня. — Знаешь, эти двое мне три часа мозги промывали, сразу, как мы вернулись.

— И что, промыли? — поинтересовалась я.

— Не очень. — Лика поморщилась. — Ну ты хороша, — неожиданно расхохоталась она. — Вечная невеста. То дивьего какого-то князя, то местного…

— Знаешь, я бы предпочла дивьего, — поморщилась я, принимая из рук Сэранока повод и выводя Мышку к воротам. — Кстати, у меня хороший вопрос: как я поеду?

Я выразительно указала на подол княжеского платья, которое не успела переодеть.

Сэранок опустился передо мной на одно колено, и не успела я даже пикнуть, снабдил платье двумя разрезами, вернее, разрывами по бокам.

— Радикальное решение, — вздохнула я, с сожалением глядя на безнадежно испорченное платье.

— У ворот нас, наверняка, уже ждут, — Гераден быстрым шагом вышел из трактира и сразу же вскочил на лошадь. — Лика, ты что-то говорила об отводящем глаза порошке…

Я протянула друзьям изрядно похудевший мешочек. Мы по очереди обсыпали себя им вместе с лошадьми (к счастью, двор был пустынен, а то еще неизвестно, как люди бы отнеслись к исчезновению четырех всадников).

И мы помчались. Повод моей невидимой лошади сжимала чья-то невидимая рука, по мостовой гулко разлетался стук копыт. Жители жались к сенам домов и творили знаки, призванные охранить от злых духов. Мы уходили незаметно, но эффектно.

В воротах, которых мы достигли через десять минут, действительно толпилось куда больше положенных двух стражников. Издали заслышав стук невидимых копыт, они благоразумно попрятались, храбро клацая доспехами — или зубами — из-за створок ворот, которые не догадались закрыть.

Видимость вернулась, когда мы были на приличном расстоянии от города — таком, которое может покрыть скачущая галопом лошадь.

— Не останавливаемся! — скомандовал Сэранок, выпуская повод моей лошади.

— Предлагаю спрятаться в лесу, чтобы сбить преследователей со следа, — простонала Лика, покачиваясь в седле.

Я охотно поддержала ее просьбу, напомнив себе в следующий раз привстать в стременах, чтобы не так биться задом о седло.

Поразмыслив немного над предложением Лики, Сэранок согласился. Мы свернули с дороги и минут пятнадцать продирались сквозь бурелом. Наконец, наши мучения были вознаграждены вполне подходящей для стоянки поляной.

Едва коснувшись ногами земли, я снова накинулась на Сэранока:

— Кто тебе право дал мною распоряжаться?! Почему не послал князя подальше с этим его письмом?!

— А вы чего в трактире не сидели, как было велено? — огрызнулся Сэранок. — Письмо необходимо, чтобы попасть к Полоцкому князю.

— Плевала я на всех ваших князей! — вконец разошлась я. — Раз не считаете нужным посвящать нас в свои дела, так и не ожидайте, что мы будем вас слушать!

Я поставила точку в разговоре, топнув ногой и, вернувшись к лошади, принялась готовиться к ночевке, вытаскивая из сумки припасенное еще в деревне шерстяное одеяло.