— Не строй из себя дуру! — не выдержал Сато. — Ты хотела сдать меня в дурку!

Он вдруг понял, что по щекам потекли слезы.

— Это не я, не мои слезы! — рыкнул Сато и отвернулся. — Чертово детское тело! Это все из-за него!

— То есть дело в том, что я рекомендовала Саше и Марине сводить тебя к психиатру. Это вызвало такую боль? — она пыталась сохранять профессиональный тон, но Сато чувствовал, что эта попытка проваливается.

— Нет! Ты тут ни при чем! Ты не можешь сделать мне больно! Не можешь!

Он зло размазал слезы по щекам. Ему ответят за это унижение. Ответят!

— Тебе кажется, что плакать — это ненормально? — уточнила Даша.

— Это не я плачу!

— Я поняла, — даже спиной Сато почувствовал, как она подняла руки в примирительном жесте. — Просто спросила, что тебе кажется в этом таким… стыдным.

— Не твое дело.

— Возможно, — согласилась Даша. — Но больше никого тут и нет.

— И не надо, одного предателя более чем достаточно, — фыркнул Сато и вдруг заревел. Неожиданно для себя. Не по-детски, со всхлипами и слезками, а так, как плачет человек, делающий это первый раз за всю жизнь. Зажал лицо ладонями, стиснул челюсти, но все равно понимал, что это уже не остановить.

Что-то будто бы вырывалось изнутри, а он пытался не дать этому выйти, зажимая рот и глаза. Он чуть не упал, сделал несколько шагов и уткнулся лицом в угол. Дыхание сбилось, он не мог сделать ни единого вдоха.

— Сато! Сато, дыши! — забеспокоилась Даша. Какими-то последними остатками внимания он уловил в ее голосе долгожданную панику, но уже не придал этому значения. Эта победа далась слишком дорого. Сейчас главное — выдержать. Главное — не умереть прямо сейчас. Или наоборот? Позволить всему закончиться именно в эту секунду?

Он почувствовал, как Даша пытается развернуть его, но у нее не хватает сил. «Никто не смог бы! Ни у кого не хватило бы сил! — отстраненно подумал Сато. — Особенно у какой-то докторши!».

Воздух в легких кончился совсем. Он вдруг понял, что хрипит. Даша кинулась к двери, но он успел ухватить ее за ремень. Девушку будто бы к якорю привязали. Она удивленно обернулась и встретилась с ним взглядом.

Повисла тишина, нарушаемая медленным, глубоким дыханием Сато.

— Если кто-то за пределами кабинета узнает об этом… — он оборвал фразу, увидев ужас в ее глазах, и вдруг отпустил ремень. — Неважно.

Даша медленно села прямо на том месте, где и стояла. Сато помассировал шею и, заложив руки за спину, стал ходить туда-сюда по кабинету, давая ей время прийти в себя.

— Так… — попыталась Даша вернуть контроль над происходящим, но тут же махнула рукой, откинула голову, опершись на стенку, и помассировала виски. — Что произошло?

— Ничего. Ничего не было.

— Ладно, я, возможно, облажалась. Я не знаю, что происходит с тобой, уже даже не очень понимаю, что творится со мной. Но прежде чем мы попрощаемся навсегда, я хочу прояснить один момент. Я должна была отправить тебя к психиатру, понимаешь? Это моя обязанность, я должна была исключить возможность… В общем, неважно. У меня просто не было выбора.

Сато вдруг перестал мерить кабинет шагами и развернулся к ней.

— То есть это решение зависело не от тебя?

— Оно зависело и от меня, но… На этом настаивал мой супервизор. Можно сказать, что я выполняла приказ.

Сато замер, удивленно глядя на Дашу. Бывают ли такие совпадения? Вряд ли.

— Тогда я забираю свои слова обратно и приношу извинения.

— Что? — Даша очевидно удивилась этой реакции. — С чего? В смысле, почему? Я ведь…

— Будем считать, что это мой урок. Мое искупление.

— Искупление?

— Мы не будем это обсуждать, — Сато вдруг увидел в глазах Даши какое-то… узнавание? Она на секунду будто бы увидела не его. Но кого же?

Даша наконец-то собрала себя в кучу, вернулась к своему креслу. Задумчиво сложила пальцы домиком и посмотрела на Сато. Ее взгляд снова стал обманчиво рассеянным.

— Будем работать?

— И зачем мне это? — удивился Сато.

— Ты очевидно не справляешься. Судя по тому, что происходит в школе, ты близок к психушке.

Сато понимал, что она права. Как бы там ни было, но он не справляется с собой. Дело то ли в детском теле, то ли в чем-то еще.

— Какая разница, как именно я туда попаду? Ты меня отправишь или они — одно и то же. Проблема ведь в том, что ты мне не веришь. Ты пытаешься лечить меня от какого-то психического расстройства. А я действительно контр-адмирал. Вот и все.

— Ты прав, я действительно тебе не поверила. И это привело к фатальной ошибке. Я стала работать с тобой, как с ребенком, у которого наблюдаются признаки диссоциации. А дело тут совсем в другом.

— Если ты действительно веришь мне, то лечить меня не надо, — пожал плечами Сато. — Просто помоги мне свалить отсюда.