— Андрей Михайлович?

— Да, — ответил я аккуратно, совершенно не узнавая голос.

— Это Руслан Казаев.

— А, привет…

Я знал его мельком, шапочно, больше общался с отцом, Артуром Казаевым, еще на заре правления. Мы здорово помогли друг другу, и я даже собирался сделать Артура полпредом в Татарстане, но он отказался, ссылаясь на возраст. Его старший сын Руслан поддержал отца.

— Чем обязан, Руслан? — спросил я, потому что тот странно молчал мне в трубку. Как будто это я ему позвонил.

— Я вас очень уважаю, Андрей Михайлович, — проговорил он после паузы.

— Отлично, — я хохотнул. — Это взаимно.

— Я только что доставил вашу жену в Эдинбург, — отбарабанил он.

— Какую? — уточнил я с истерическим смешком.

К сожалению, ответ я знал заранее. Марине в Эдинбург точно не надо.

— Элизабет.

— Понятно. Сообщаешь мне постфактум, потому что вы уже недосягаемы?

— Я всегда буду досягаем для вас. В одной стране живем.

— Уже в другой. Я не буду сажать тебя или Артура, потому что Лиз улетела на вашем джете.

— Спасибо, Андрей Михайлович. Я вроде был уверен, но не до конца. Всего доброго…

— Рус, стой, — выкрикнул я, понимая, что он сейчас положит трубку.

— Да?

— Как она?

Он опять замолчал, и я уже думал, что звонок прервался, но нет, связь держала нас на линии.

— Плохо, — ответил Руслал, видимо не сумев подобрать нейтральных слов. — Плакала, но собралась. Отец забрал ее с полосы.

— Понятно. Спасибо.

— Я с удовольствием доставлю ее или вас, куда угодно снова. В любое время.

— Учту. И запишу твой номер. Доброй ночи, Руслан.

Не дожидаясь его ответа, я сам скинул звонок и свалился обратно в кресло. Прежде чем придаться отчаянию, я набрал Сережу.

— Отбой по Лизе совсем. Она в Шотландии.

— Как? — не поверил Казарин.

— Вот так. Отбой, Сергей. Она все решила.

Я бросил телефон на стол, сразу жалея, что сказал Сергею. Разумеется, он не оставит меня в покое.

Угадал.

Казарин явился в мой кабинет без стука, еще и с Кариной на буксире, буквально через две минуты.

Вообще, у меня было семь помощников-ассистентов по разным вопросам. Но только эти двое так близко к сердцу принимали свои должности. Конечно, я сам позволил им залезть в мою политику и душу с ногами. Они отлично делали свою работу и были мне настоящими друзьями. Но иногда отчаянно хотелось их уволить. Особенно сейчас.

— Что? — спросил я глядя то она Казарина, то на Верден. — Чего вы тут стоит, как двое из ларца? Я не звал.

— Мы знаем, — проговорила Карина и села в кресло напротив меня.

Сергей устроился позади нее.

— Мы в курсе, Андрей.

— Я бы оценил, как трогательно и сплоченно звучит ваше «мы», но нет сил даже издеваться.

— Это плохой знак, — диагностировала Карина.

— Но хороший повод тебе просто посидеть и послушать, раз нет сил болтать, — вторил ей Сергей.

— Как будто у меня есть выбор.

Я откинулся в кресле и весь обратился в слух.

— Андрей, то что Элизабет улетела — это хорошо, — начал Казарин за упокой.

— Да, просто замечательно, — рассмеялся я из последних сил.

— Пожалуйста, послушай, — очень проникновенно попросила Карина. — Мы понимаем, как тебе сейчас непросто. Но ты все еще в первую очередь президент, и у нас на носу выборы.

Я собирался сказать, что ебал всю эту страну и ее выборы конем через плечо, но осекся. Научился сдерживаться за эти годы, и сейчас не стал пылить на ребят, которые точно желали причинить добро и мне, и России.

За пару секунд я вспомнил слова Марины, сопоставил их с «хорошим» бегством Лизы по версии Казарина, и в голове прояснилось.

Я только уточнил, уже зная, что прав:

— Мой брак с Лиз будет аннулирован, и по факту я опять женат на Марине?

— Именно так, — подтвердила Карина.

Казарин кратко кивнул.

— А вам, конечно, капец как не нужен мой развод во время предвыборной?

— Это все чертов сюр, Андрюх. Мы понимаем, — снова заговорил Сергей. — Но тебе придется сделать заявление и сначала разобраться с Мариной. Возьми паузу. Народ поймет. Она свалилась на тебя живая, как снег на голову.

— Угу, выехала из пизды на лыжах, — добавила Верден без купюр.