С её слов, жизнь в эту эпоху была ни чем иным, как раем - люди не распахивали полей а жили охотой и собирательством, но в отличие от одичалых козерогов смогли сохранить цивилизованность: они жили в огромных городах и в небольших селениях. Всё свободное время, которого у них было более чем в избытке, они тратили на занятия искусством и наукой. Терес слушал её рассказы, и парализованный её красотой, не смел раскрыть рта. Стоило ли ей сказать про то, что через некоторое время всё это разрушится, а она погибнет?

– Слушай, а как твоё имя, девушка? – пораженный собственной нелепостью проговорил Терес.

– Разве это так важно? – неожиданно введенная в ступор ответила она.

– Наверное, это и правда не важно. Потому что я тебя уже точно не увижу больше никогда.

– Почему?

– Не могу сказать – ответил Терес.

– Разве ты не хочешь остаться здесь? Чтобы я была с тобой, а ты со мной?

Терес разделил с ней одну постель. Это должно было стать прекрасным моментом, но он чувствовал себя в высшей степени паршиво. Как-то это всё было неправильно, неестественно.

Ночь прошла очень быстро и нельзя было однозначно сказать, было ли то особенностью допотопного мира или же иллюзий Нерогабала. Терес даже не успел заснуть. «Идем мой друг, у нас мало времени» - сказал вошедший в комнату Нерогабал.

Терес вышел из дома, и невольно взглянул в небо. Ещё не успело взойти солнце, и в рассветных лучах до сих пор виднелись падающие звёзды.

– Наверное ты думаешь, что это красиво – сказал Нерогабал – быть может, в этом печальном моменте и есть своя эстетика.

– Что же в этом печального?

– То, что падающие звёзды – осколки огромной кометы, врезавшейся в луну.

– Подожди, осколки кометы? Тех огней, что проносятся в небе, знаменуя несчастья и беды?

– Да. Только на самом деле это не огни, а огромные глыбы льда. Эта комета, своими размерами была такова, что приземлись она на землю, появился бы огромный горный хребет, больше Зунлмарских полей.

– Удивительно.

– Её осколки уже сейчас начинают падать на землю – проговорил Нерогабал, и, в подтверждение его слов заморосил дождь – Скоро, на земле не будет спасения от воды. Перенесёмся немного вперёд.

Терес зажмурился и оказался на вершине башни в каком-то городе. Скорее всего, как-то так выглядел Исиат в годы его рассвета.

Небеса были черны как ночь. Из них извергались тонны воды. Ливень смешался с градом, от которого прятались паникующие жители. Мебель выносилась из домов бурными потоками, многие тонули, пытаясь спасти своё имущество. Терес замер, не веря, что видит его – Великий потоп.

"А теперь, посмотри туда" - сказал Нерогабал и показал рукой в сторону одной из улиц. Там люди в одеждах, подозрительно похожей на одежду жрецов Баласдавы, топили жителей. "Не противься воли Всеотца!" - кричал один из них и бросал в воду. Терес узнал в одной из жертв девушку, у которой он гостил на днях. "Узнаёшь? Она искала здесь спасения, а нашла погибель. Это и есть, твой милосердный повелитель? Это и есть справедливый Всеотец?"

Терес хотел было что-то возразить, но с небес раздался голос: «Нерогабал, если ты решил рассказать ему о потопе, почему ты боишься рассказать правду?» Повелитель златоликих был явно напуган внезапным вторжением в его представление. Всё сущее вокруг снова объял яркий свет.

Терес оказался в совершенно другом месте: большой амфитеатр, в котором сидели сотни людей в роскошной одежде. Чертами лица, они напоминали златоликих. Правда, они были больше похожи на обычных людей, чем их потомки.

В центре выступал один из этих людей. Перед ним возник шар, покрытый облаком белых точек.

– Как вы можете убедится, планета обречена - произнёс он - в комете было столько льда, что очень скоро нас всех затопит.

– И что ты предлагаешь!?
– раздался гул сидящих в амфитеатре - уж не поклонится ли нам в ноги Всеотцу?

– Учитывая обстоятельства - робко проговорил выступающий - это может оказаться единственным вариантом.

Зал залился смехом.

– Как ты додумался до такого бреда? Если ты считаешь, что мы должны, как эти дикари из гор бормотать молитвы, вместо того, чтобы заняться полезными делами?
– взвыл один из них.

– Две руки, занятые делом, приносят в сотни раз больше, чем миллион рук, занятых в молитве - громогласно произнёс один из сидящих в зале, в самой роскошной одежде.

– Тебя никто за язык не тянул!
– раздался громогласный голос, чем-то показавшийся Тересу знакомым.

К ужасу присутствующих, выступавший человек, оказался объят огнём. Глазницы седлались похожими на два солнца. Присутствующие в страхе прятались под скамьи.

– Вы должны были погибнуть за беззаконие - продолжал голос - но я, именем Всеотца, предлагаю вам спасение.