— Нет, Мэтт! — вдруг произнёс Кристофер, наконец-то устремляя взгляд на своего друга и компаньона. — Я уверен, что этот мальчишка и есть тот самый таинственный «уродец», о котором много говорили несколько лет назад. И я вижу, что история с ним крайне мутная и попахивает… ложью! А я ложь просто ненавижу!

Мэтт изумленно распахнул глаза. Принц выглядел крайне решительным, и это убедило его в серьезности намерений Его Высочества. Значит… не отступит, пока не найдет мальчишку! История с невестой явно отошла на второй план…

Молодой граф покосился на кольцо, поблескивающее фиолетовыми всполохами на пальце принца, и тяжело вздохнул.

— Что ж, Ваше Высочество! Вы в своем праве…

***

Но забыть о цели своего приезда принцу все-таки не позволили. Князь устроил торжественный обед прямо в саду, накрыв шикарный стол под огромным цветущим деревом.

Из обитателей замка здесь присутствовали только сам Аскольд и его дочь Оливия.

Девушка на сей раз была одета в более скромное платье, но вздыхала еще более томно. Вглядываясь в цвет ее пшеничных густых волос, Крис в очередной раз отмечал, что у таинственного Эвери была точно такая шевелюра, что служило косвенным доказательством их прямого родства.

Принц, одетый сегодня с императорским лоском и сияющий неизменной яркой привлекательностью, с напускным равнодушием поинтересовался, где же сейчас сыновья князя и почему не пришли на обед.

— Вы такой внимательный, Ваше Высочество! — коряво польстил князь, растягивая губы в лицемерной улыбке. — Бэзил — это старший, отбыл на проверку наших южных земель, потому что там поднялась некоторая смута (говорят, сейчас много разбойников развелось, на господ богатых нападают…). Второй сын — Мартин — он сегодня нашей стражей занимается, учения у них в такое время года, а третий сын — Льюз — захворал немного…

Князь замолчал, теряясь от невозможности добавить что-либо еще, а принц с притворным удивлением вскинул брови.

— И все? А разве вас не четыре сына, дорогой князь? Я сам слышал, что есть у вас младшенький, юродивый, говорят… Даже в столице такое слыхивали…

Аскольд начал стремительно бледнеть и немного беспомощно бросил взгляд на дочь. Принц мгновенно это заметил и приготовился к хитрющей словесной изворотливости, которая не заставила себя ждать.

— О, так вы все же слышали, Ваше Высочество, о нашем горе? — голос Оливии прозвучал весьма трагично и жалостливо, на что принц едва не фыркнул. — Да, к сожалению, братец наш меньший родился крайне ущербным ребенком и до сих пор не может нормально влиться даже в собственную семью. Всех боится, ни с кем не разговаривает, на голову слаб, словно трехлетнее дитя! А как рот откроет — так околесицу несет… — девушка скорбно выдохнула, изображая крайнюю степень страдания, а потом продолжила: — Так как он жутко боится чужаков, то и к гостям его мы обычно не выводим, чтобы не травмировать его еще сильнее… А чтобы избежать ненужных слухов, так и вовсе о нем не упоминаем…

Принц не верил ни единому слову. Тогда, в лесу, он смотрел этому светлому ребенку в глаза и видел самый нормальный трезвый ум!

Что же эти люди так яростно хотят скрыть?

Принц не спешил выводить их на чистую воду. Сперва он должен был докопаться до правды сам. Так интереснее. И так больше шансов получить наиболее правдивый ответ…

Когда обед был окончен, Оливия, сверкая манящей улыбкой, предложила Крису прогуляться по замку, чтобы Его Высочество смог воочию увидеть портреты славных предков семьи де Рошхэн.

Принц любезно согласился, и девушка схватилась за его подставленный локоть, из-за чего радостно захихикала, выдавая свой безумный интерес.

Пройдя пустующими холодными коридорами, они действительно вошли в большой старинный зал, увешанный огромными портретами в позолоченных рамах, а также громадными гобеленами, изображающими эпические битвы за замок де Рошхэн.

Святыня семьи!

Крис рассматривал суровые и мужественные лица предыдущих князей и не без удовольствия отмечал в их чертах схожесть с неуловимым Эвери. Значит, действительно юный княжич! А дело становится все интереснее и интереснее!

Оливия болтала без умолку, пытаясь увлечь принца рассказами о великих подвигах предков, но Кристофер все чаще посматривал в сторону дальнего, северного крыла замка. Он догадывался, что мальчишка-изгой живет именно там.

— Что ж, прекрасная леди, — проговорил Крис с улыбкой, наблюдая, как Оливия растекается лужицей от его комплимента, — думаю, мне очень хочется посмотреть ваш замок вон в той стороне!

Но когда девушка поняла указанное направление, то лицо ее мгновенно побледнело и на несколько секунд приняло испуганное выражение.

— О, Ваше Высочество, — начала она петлять, вцепляясь в локоть Криса дрогнувшими пальцами. — В этой стороне у нас заброшенные помещения. Там, к стыду нашему, пыльно и грязно, и не достойно будет вести вас в то неприятное место…

Крис широко улыбнулся, делая вид, что он совершенно не замечает ее волнения.

— Что вы, юная леди, такого бравого вояку, как я, не испугать пылью и грязью, так что к сему подвигу, — его глаза насмешливо сверкнули, — я более чем готов…

И принц самолично потащил за собой девчонку, которая теперь повисла на его руке, как мешок, не в силах идти за ним самостоятельно.