– Надо почаще выпускать твой огонь, - отметил самый ненасытный мужчина на свете, опрокинув на себя и понёс в спальню, так и не выходя из моего тела.

Опустил нас на кровать, позволив мне пережить это безумие и наверняка ощущая, что я снова завелась, а дальше началось что-то дикое и даже самую малость пугающее…

Варрт заставил прогнуться, вошёл сразу глубоко и начал двигаться, как зверь, оглашая комнату шлепками. Так, будто в меня проникала сама тьма, пробиралась в душу, захватив каждую клеточку тела, а я никогда я ещё не ощущала себя настолько хорошо и жутко одновременно. Настолько в невесомости и в то же время сдавливаемая его аурой со всех сторон, как между жизнью смертью.

– Стой… Это слишком… Быстро!
– последнее я провизжала, сама больше напоминая себе животное, едва вынося его движения, скручивающие внутри меня тугую пружину, готовую вот-вот разжаться и вылететь.

– Выдержишь!
– таким страшным голосом проревел он, и любой бы на моём месте, наверное, испугался, только вместо этого я почувствовала, как становлюсь ещё более мокрой, чем это было вообще возможно.

А Высший, решив окончательно меня убить, просунул свои пальцы в мой приоткрытый рот и приказал:

– Оближи…

Я бы итак сделала всё, что угодно, лишь бы он перестал меня терзать. Обхватила губами, прошлась языком по солоноватой коже, слыша за спиной новый рык, сотрясший комнату, и мне понравилось.

А потом Варрт надавил влажными пальцами на колечко сжимающихся мышц между моих ягодиц, проникая внутрь, и я неверяще замерла, едва не подавившись новым стоном, когда он продолжил при этом двигаться, сильнее ускоряясь. Сразу стало слишком тесно, слишком интенсивно и запредельно чувственно, а голос я почти сорвала окончательно, не веря, что можно вот так себя потерять.

– Прошу… - взмолилась, больше не в силах это выносить.
– Пожалуйста…

Но он и сам уже находился где-то на рубеже собственного терпения, вколачиваясь, как безумец. Ленты его тьмы заволокли непроглядной дымкой пространство вокруг нас, и, совершив ещё пару диких ударов бёдрами, Высший дал мне то, о чём я умоляла, а меня просто размыло, не оставляя ничего после.

Он замер во мне следом, и как только я обессиленно распласталась по постели, вскоре обнаружила, что ткань подо мной насквозь мокрая, да и между ног ситуация не лучше. Краска тут же прилила к щекам, но это я едва ли заметила, не способная даже открыть глаза и двинуться. Меня просто больше не существовало.

И когда меня отнесли в ванную, не могла сопротивляться сильным, но ласковым рукам, творящим какую-то живительную магию, горячему шёпоту, приговаривающему какие-то неуместные извинения… Его слова были ни к чему, потому что это я должна была благодарить за такую встряску, ведь стоило запалу сойти на нет, ко мне вернулся страх. Я всё же боялась демонов, хоть там, в пустыне была такой смелой и решительной…

Вернули меня уже на чистое, пахнущее свежестью белье, бережно уложив и устроившись рядом. В голове было так пусто, что любая мысль показалась бы разрушительной, вот только такова была женская природа — мы не могли не думать, и едва эта волна схлынула, унеся мои тревоги, в голове начали всплывать некоторые факты, а в сердце — зреть прежние подозрения.

«А не всё ли было как-то слишком просто?»

И молчать я, конечно же, не стала.

– Погоди-ка… Вы же оба не могли… - прошептала я, косясь на спокойного императора, с интересом взирающего на мои попытки всё осознать.
– Вы знали, что демоны нападут, так?

Варрт развёл руками, а потом вытянул их вперёд, будто предлагая заковать его в кандалы.

– Поймала, - признался он, пока я принимала сидячее положение и жалела об отсутствии рядом вазы.
– Говорил же, меньшего я от тебя и не ожидал, Вишенка.

19

До этого у меня не было сил, чтобы даже руку поднять, но они вдруг резко появились, и я схватила первую попавшуюся подушку, ударяя ей по не ожидавшему такой подлости императору.

– Манипулятор! Деспотичный, подлый старикашка, вскруживший мне голову! Как тебя вообще земля носит такого?

У меня слёзы на глазах выступили, а этот… захохотал. Бессовестный крылатый запрокинул голову и ухохатывался, как скуривший годовой запас дурман-травы, пока я за секунду испытала весь спектр чувств.

– На крыльях же, - ответил гад, уворачиваясь.
– Зато как действенно, а?

Дыхание перехватило не то от шока, не то от его поведения, но в голове всё равно не укладывалось, как легко я попалась в эту ловушку. И ведь наверняка не он один это придумал — его друг, который так здорово отыграл удивление, тоже был в этом замешан!

– Проваливай спать в свои покои, - хладнокровно заявила я, не обращая внимания на то, что подушка разорвалась, а перья летают по воздуху, наверняка запутавшись в волосах.