– Они тебе так понравились?

– Да, - кивнула, забирая дракончиков и тут же предлагая крылатому отломить вторую половину.

Варрт с непередаваемым выражением лица взялся за длинную шпажку, и мы синхронно потянули их на себя, отделяя фигурки, при этом мы оба не могли оторвать взглядов друг от друга. Будто невидимая магия заставила нас замереть.

– Поздравляю, Ваше Величество!
– не весть чему обрадовался торговец, привлекая наше внимание, и на моё недоумение объяснил: - Если пара отломила драконов ровно посередине, это очень хороший знак, госпожа…

Император почему-то подозрительно закашлялся, поспешив увести меня подальше от словоохотливого дядечки, заплатив тому гораздо больше, чем должно, а я вот не могла побороть любопытство.

– И какой это знак? Почему молчите, Вашество?

– Потом, Ами, - выдохнул он.
– Не обращай внимания на его слова…

Не сказать, чтобы я обиделась, но выводы сделала, однако спустя время и думать забыла о странном поведении Высшего, потому что после довольно продолжительной прогулки мы подошли к площади, где собралась, наверное, большая часть города. Здесь было столько людей, что у меня невольно перехватывало дыхание, напоминая о том моменте из детства, какой я не хотела бы пережить снова.

– Я рядом, - напомнил Варрт, стискивая пальцы.
– Просто дыши, Вишенка. Я не дам тебе потеряться в этом.

Сложно было взять себя в руки, но его присутствие вселяло уверенность, несмотря ни на что, и даже получилось немного расслабиться. А потом настало время для торжественной речи, но когда он увлёк меня на небольшую трибуну, я уже собралась, абстрагировавшись от чужих взглядов.

– Спасибо всем, что вновь собрались на праздник, - начал Высший, как обычно мигом заставив всех замолчать, однако меня удивило не это.

Он же явно говорил сейчас на местном языке, так почему я его понимала? Что за магия?

– Несмотря на непростые времена, которые сейчас настали, нельзя забывать о хороших традициях. Именно они не дают нам погрузиться в печаль и тоску, возвращая веру в то, что наш народ всё равно будет процветать и радоваться жизни.

Люди закивали, подтверждая своё желание видеть всё в светлых красках, и я видела в их глазах эти эмоции. Даже маски не могли ничего скрыть, зарождая во мне чувство сопричастности, словно в этот миг я действительно была одной из них.

– Поэтому давайте проведём эту ночь с улыбками и покажем богам, что мы их чтим, - продолжил Варрт, когда его поддержали бодрыми выкриками, а после он шепнул мне: - Ами, ты должна пожелать что-то.

– В смысле?
– сердце пропустило пару ударов.

– Просто говори от сердца, - улыбнулся он, незаметно для всех сжав мою ягодицу.
– Они поймут.

Перед глазами почему-то вдруг возникла тоненькая красная нить и потянулась от меня ко всей этой толпе. Это же хороший знак, да?

«Просто скажи, что думаешь».

– Что ж, - выдохнула, вспоминая все уроки по ораторскому мастерству, волнуясь так, что потели ладони, - я очень рада, что мне оказана такая честь. Мне нравится быть частью вашей культуры, и… я искренне желаю вам всем процветания, а ещё, чтобы эта ночь стала чем-то особенным для каждого!

Я думала, что после моих слов будет тишина, и это нервировало в разы сильнее, чем сама речь. Думала, меня вообще закидают гнилыми помидорами, освистав, но этого не произошло. Раздались аплодисменты, гораздо более громкие, чем те, что приветствовали Варрта, и меня немного попустило.

– Знаешь, как мне сейчас завидовали все мужчины?
– раздалось над ухом, когда мы с Высшим спустились вниз, прячась ото всех за трибуной, как школьники.

– Даже слышать не хочу!
– всё ещё чуть задыхаясь, ответила ему, и тут же попала в плен сильных рук и настойчивых губ.

Этот поцелуй заставил ноги подкоситься, впрочем, упасть мне как обычно не дали. Развернули к себе спиной, прижали, как самую большую драгоценность, согревая теплом своего тела, и в этот момент мне захотелось, чтобы мы были обычной парой. Простыми людьми, выбравшимися на свидание, которое обязательно станет самым лучшим. Мечтательница…

– А теперь внимательно смотри, - указал на небо, прижавшись своей чуть колючей щекой к моей.

Люди тоже терпеливо дожидались только им понятного зрелища, затихнув, и я уже было решила, что ничего не произойдёт, когда на тёмном звёздном полотне вдруг начали появляться цветные полосы. Сперва едва заметные, но становящиеся всё отчётливее, они переливались зелёным и ярко-розовым свечением, пока народ просто стоял, заворожённый этой красотой.

– Невероятно, - уронила я тихо, боясь нарушить это благоговейное безмолвие.