Санъяра двигалась бесшумно, её ноги едва касались травы, и через несколько мгновений она замерла возле кустарника, припав на колени и сквозь переплетение веток разглядывая троих бескрылых. До сих пор людей она видела только на учебных голограммах и хотя их почему-то всегда рисовали более крупными, чем валькирий, только сейчас она ощутила в полной мере их массивность — подавляющую и неуклюжую. Даже талах-ан в сравнении с ними выглядели тростинками.

— Какие страшные… — услышала воительница шёпот возле самого уха и вздрогнула — даже для неё присутствие Вейде рядом оказалось неожиданностью.

Наран и Игре всё ещё держались в отдалении, но теперь, увидев, что остальные двое уже во всю разглядывают случайных встречных, поспешили к ним.

Санъяра поморщилась, чувствуя, что если Игре наступит ещё хоть на одну ветку, люди точно заметят их присутствие.

Однако люди оказались ещё более глухими, чем можно было ожидать. Они были облачены в нелепые, грубые кожаные доспехи и переговаривались на каком-то полузнакомом языке. При этом интонации их звучали так же резко, как лай собак.

— Охотники… — одними губами произнесла Санъяра.

— Ты же говорила, никто не сунется сюда зимой! — процедила Игре, с треском усаживаясь на корточки возле воительницы.

— Игре! — одёрнул её Наран. На мгновение закусил губу. — Если кто и виноват, то это я.

— Никто не виноват, — отрезала Санъяра. — И ничего ещё не произошло. Люди непредсказуемы, как дикие звери, но далеко не всегда опасны. Я выйду, поговорю с ними и…

— Лучше, если это сделаю я.

Санъяра недовольно уставилась на Нарана.

— Прости, но ты слишком прямолинейна, от твоего разговора с ними может выйти ещё хуже.

Тут уже Санъяре захотелось возмутиться. Когда это за три неполных дня их знакомства он мог успеть заметить её прямолинейность?

Она открыла рот и не издала не звука, потом что поняла, что Вейде уже стоит по другую сторону кустов.

— Лёгкого ветра и светлого солнца! — звонко крикнул он и махнул рукой, привлекая внимание бескрылых к себе.

Те мгновенно обернулись на звук и вскинули кто луки, кто мечи.

Санъяра процедила сквозь зубы два слова, которые Райере запрещал употреблять.

Они с Нараном, не сговариваясь, поднялись в полный рост и шагнули вперёд, тоже выбираясь из кустов.

— Лёгкого ветра и светлого солнца! — повторил Вейде, неторопливо приближаясь к компании людей. Он отлично видел направленные на него кончики стрел и Санъяра с Нараном тоже их видели.

«Что за глупость?» — промелькнуло в голове у девушки. Теперь она отчётливо ощущала, что лучше было попросту обойти охотников стороной.

— Странно увидеть добрых соседей в этом лесу, тем более такой ранней весной.

Бескрылые молчали. И тогда голос подала Санъяра:

— Мы не таим зла и вряд ли имеем отношение к вашему путешествию. Просто хотели удостовериться, что всё хорошо. Помощь не нужна?

— Помощь… — наконец повторил один из людей, суровый мужчина, которому Санъяра на вид дала бы все шестьдесят. Впрочем, она знала, что люди стареют быстрее, а значит, ему, наверное, не больше сорока. — Наше дело к вам отношения не имеет. Да и мы его уже закончили.

И тут-то Санъяра различила среди людей одного единственного, не слишком похожего на остальных.

Этот был рыжеволос и заметно стройней, а к тому же руки его почему-то были связаны.

Санъяра никогда не видела связанных. Правда, их учили связывать врагов. И ещё — предполагалось, что вражда между бескрылыми не имеет к ним, крылатым, никакого отношения. «Бескрылые всегда враждуют», — так их учили. «Они не знают Песни Смерти, но знают Песнь Вражды. И не в наших силах разобраться, кто из них прав, а кто виноват. Скорее всего правых и виноватых вовсе нет».

Санъяра всё это помнила и понимала, но пленник выглядел таким беззащитным и слабым по сравнению с грубыми и плечистыми охотниками, что она не удержалась и спросила:

— А это кто?

Наран предупреждающе зашипел, но было в любом случае слишком поздно. Даже сама Санъяра не ожидала, что своим вопросом вызовет столь бурную реакцию. Первая стрела сорвалась с тетивы так быстро, что Санъяра едва успела толкнуть в сторону стоявшего впереди Вельде.

— В кусты! — коротко выдохнула она, резким движением срывая с пояса саркар.