А Шен ни капли не помогал ему справиться со своими эмоциями. Вместо этого, казалось, раз за разом провоцировал. Когда Муан пытался подойти чуть-чуть ближе, помочь чуть-чуть больше, натыкался на холодное пренебрежение и фразы типа «или предлагай по существу, или проваливай».

«Ты хоть представляешь, демонов ты человек, как я на самом деле беспокоюсь за тебя? Как боюсь потерять? Как вздрагиваю при каждой мысли о том, что с тобой может что-то случиться, пока я не нахожусь рядом? И даже если я рядом, я ничем не в состоянии помочь!!»

Это изводило его. Никогда в жизни у Муана не было ничего, что бы он так боялся потерять. В его голове ежедневно вертелись сотни предположений, что еще может пойти не так и каким образом Шен может погибнуть. Он бы мог написать доклад на тему «Тысяча способов смерти старейшины пика Черного лотоса». Ни один враг не удостаивался от него столь детального продумывания его смерти, в отличие от человека, которым он дорожил.

Наверное, если бы не «связь», он бы мог и свихнуться, бросив все дела и хвостиком ходя за старейшиной Проклятого пика. Связь успокаивала и давала уверенность, что сейчас с ним все хорошо, и Муан мог позволить себе заниматься повседневными делами, которые успели накопиться за время его отсутствия. И все же глубоко в сознании, куда он загонял их, непрестанно крутились панические мысли о смерти. Человеческая жизнь такая хрупкая, и этот человек казался самым хрупким из всех.

Этот диссонанс между паническим беспокойством о Шене и тем, как он постоянно срывался на крик, стоило ему попытаться поговорить с ним, порядком нервировал. Благо, у Муана хватало рассудительности, чтобы понять, что прежде, чем обвинять во всех бедствиях старейшину пика Черного лотоса, ему необходимо разобраться и справиться с собой. Он не должен позволять паническому страху брать над собой верх. Потому что в противном случае страх не оставит его, пока Шен будет жить. Что бы ни происходило, страх за жизнь дорогого человека будет сопровождать каждый его вздох. Муан не мог позволить, чтобы вся его жизнь была пронизана страхом.

Но пока что он не находил ни нужных мыслей, ни нужных действий, чтобы справиться с этим.

Как обычно день Муана начался с утренней тренировки и проверки успехов своих лучших учеников. То ли ученики вконец обленились, то ли настроение прославленного мечника было скверным, но результатами он оказался совершенно не удовлетворен и, раздав указания на неделю вперед, направился к себе. Однако его окликнул ученик, обратившись со всем почтением.

— Что? — резко рыкнул Муан.

Ученик вздрогнул, но не отступил от своего намеренья и сообщил:

— Старейшина Шен прибыл на пик Славы.

— Вот как? — сухо произнес Муан, стараясь сдержать уголки рта, против воли поползшие вверх. — Где он?

— Он только пересек мост. Сейчас, должно быть, проходит парк. Я бежал со всех ног, чтобы уведомить вас.

Видимо, ученик всерьез страшился проклятого старейшины и, памятуя непримиримое противостояние его с мастером Муаном, посчитал своим долгом сообщить тому о приближении неприятеля.

Однако Муан даже не задумался о его скрытых мотивах. Похвалив ученика за бдительность, он тут же поспешил навстречу Шену, уже не сдерживая легкую улыбку, поселившуюся на его губах.

Шен не спеша шел по парку, любуясь синим небом сквозь черные ветви и наслаждаясь запахом прелой листвы. Погода сегодня выдалась прекрасная: морозно и солнечно. Края его светлой мантии цепляли опавшую листву, создавая шорох. Он вновь выглядел идеально в своем серебристом наряде, только черные волосы привычно-свободно струились по плечам. В руках он нес большой сверток. Муан, вышедший из-за поворота дороги, замер на месте, наблюдая за его приближением и рассматривая, не отводя глаз. Он запустил руку в карман и легонько сжал заколку с бубенчиками, которая находилась у него с момента, как Шен забыл ее на чайном столике в деревне серодобытчиков.

— Ты вышел меня встречать, что ли? — вместо приветствия, улыбнувшись, спросил Шен, подойдя ближе.

— Именно так, — Муан слегка поклонился. — Позволено ли мне будет узнать повод, по которому вы снизошли до моей скромной обители?

Вместо ответа Шен лишь усмехнулся и пожаловался:

— Твоя обитель находится ужас как далеко! Я все еще не пользуюсь духовными силами, как обещал старейшине Загу, поэтому мне пришлось выйти в путь с самого утра, чтобы добраться сюда!

Муан пожал плечами. Факт, что пик Славы находится на значительном отдалении от пика Черного лотоса, был неоспорим. ??????????????????????????

— Ты не занят сейчас? Может, прогуляемся до пика Таящегося ветра?

— Ты пришел сюда, чтобы пригласить меня на прогулку? — Муан расплылся в довольной улыбке. — Мог бы послать какого-нибудь ученика с запиской, я бы прилетел.

— Ну, мне хотелось прогуляться и подумать.

— И что надумал?

— Всякое разное. — Шен замолчал, не желая вдаваться в подробности, затем перевел разговор на другую тему. — Слушай, помнишь, о чем мы говорили до того, как я уехал в столицу?

Он зашел уж слишком издалека, и Муан одновременно припомнил десятки разных диалогов.