В моей памяти она навсегда осталась десятилетней: рыжие кудряшки, веснушки, желтое с красным платье, а в руках — Минни Маус. Она нисколько не изменилась и не выросла — те же голубые глаза, та же слегка подпрыгивающая походка, немного косолапая. Открываю чемодан и достаю лежащего сверху плюшевого мишку. Даже если она забыла меня, его она точно должна помнить. Его и свою Мисс Вискерс. А еще то, как мы сидели в домике на дереве, который мы называли нашим замком. Каким забавным все это кажется теперь!

Кладу мишку в сумочку, запираю комнату, выхожу на набережную и иду в сторону ее дома. Телефон говорит, что я уже на нужной улице. Вглядываюсь в номера: 74а, 76а, 78а, и вдруг бац — 82а. Квартира в полуподвале. В гостиной горит свет, а внутри ходит кругами какой-то мужчина.

Коттерил.

Поднимаюсь по ступенькам к входной двери и несколько раз нажимаю на кнопку звонка квартиры 82а. Мое сердце гулко колотится безо всякой причины, и мне приходится несколько раз напомнить себе, что я увижу не Алису, а его — мужчину, которому платила деньги за то, чтобы он присматривал за ней, и который ее упустил. Мужчину, который назвал ее ненормальной. Желчь моя снова начинает закипать.

Дверь открывается, и наружу вываливаются два ужасно тощих парня: у одного джинсы порваны сзади почти напополам, другой прихрамывает, а его левая рука покрыта струпьями. Не обратив на меня никакого внимания, они скатываются с крыльца, а в дверном проеме появляется другой мужчина: высокий, белокурый, с небритой щетиной и со свинцово-серыми глазами, такими же как и угрюмое небо у нас над головой.

— В чем дело? — спрашивает он с нескрываемым подозрением.

— Так вы все-таки решили остаться? — говорю я. — Очень мило с вашей стороны.

— Простите, вы подруга Джоан? — произносит мужчина с явным шотландским акцентом, которого вчера у него не было. И вообще этот Коттерил не шотландец.

— Почему у вас шотландский акцент? Его вчера не было. Вы что, играете роль? Я — Фой Валетт.

— Простите еще раз, но мне кажется… — Он явно сбит с толку. И тут он прерывается и молча разглядывает меня некоторое время. — Так вы Фой?

— Да. А вы Кейден?

— Нет. Я Нил. Нил Скантсбери. А вы та самая Фой?

— Скольких женщин по имени Фой вы знаете?

— Клер Фой, актрису.

— Ну, я уж точно не она, разве не так?

— Вы кузина Алисы?

Мое сердце пропускает удар, а потом снова начинает бешено колотиться.

— Да.

— Вы должны уйти.

— Я приехала из Франции и никуда не уйду, пока не увижу мою кузину. Где она?

— Нет, вы должны уйти.

— Пожалуйста, мне надо ее увидеть.

— Я понимаю, но ничего не могу для вас сделать.

— Почему нет?

— Вам не надо это знать.

— Еще как надо. Дайте мне войти.

— Как я могу быть уверен, что вы та, за кого себя выдаете?

— Что? Вы же сами сказали» что знаете меня. Вы произнесли «кузина Алисы». Да» я ее кузина. Скажите, пожалуйста, с ней все в порядке?

— Докажите. — Он складывает руки на груди и всем своим видом показывает, что не даст мне пройти.

— Как? Я не знаю, какая она сейчас. Я знала ее много лет назад.

Нил молча стоит и ждет.

Показываю ему мой паспорт, открытый на странице с фотографией. Он немного наклоняет голову, чтобы взглянуть на него поближе, но не двигается с места. Убираю паспорт обратно в сумку.

— У нее рыжие волосы, голубые глаза, шрам внутри на правом — нет, левом — бедре от колючей проволоки: мы играли в прятки, когда нам было по шесть лет, и две метки от ветрянки на правом запястье. Она любит животных и диснеевские мультфильмы. А еще она любит представлять себе что-нибудь и живет в своем воображаемом мире. Каждый раз, когда я боялась чего-нибудь, она брала меня за руку и не отпускала, пока я не переставала бояться. Вот такой я ее помню.

Он почесывает белесую щетину на щеке и отступает в сторону, чтобы я могла пройти.

Хоть я и не знаю, кто этот мужчина, мне очевидно, что он знает обо мне, а значит, он должен знать Алису. Может, это ее бойфренд? Правда, в отчете Коттерила, который я прочитала в самолете, говорится, что у нее никого нет. Тоже мне, частный детектив — заплутал в трех соснах.

Дверь ведет в гостиную, совмещенную с крохотной кухонькой. Дальше виднеется такая же небольшая спальня, а рядом с ней — ванная. Открытая задняя дверь ведет во дворик с видом на море. Пахнет сыростью и протухшей едой, повсюду кошачья шерсть. Может быть, это он здесь живет? Нет. Судя по тому, что Нил накрыл диван одеялом, он, как и я, тоже не может терпеть эту шерсть. Но и Алису в этой комнате я тоже представить себе не могу.