Послышался удар кнутом, и девушка застонала, оборвав свою речь. По лицу приговоренной к смерти девушки потекла кровь.

— И даже изнасилованные Марути не смогли забеременеть, потому что плод зарождается в чреве от любви. Вы никогда не сможете быть счастливыми, потому что разучились любить!

Прикованная к столбу Марути произносила каждое слово, пропитав его горечью и болью, долгое время томящихся в её груди. Одна из стражниц снова замахнулась кнутом, и через мгновение, он обжег плечи говорившей. Ещё один замах, но в этот раз, охранница целилась в живот приговоренной женщины.

Эверилд вынула из-за пояса пистолет Люмбера, взяла на прицел стражницу, сняла предохранитель и спустила курок. Прозвучал выстрел. Получив ранение, Марути выпустила из руки плеть, которой должна была поразить бедную девушку.

— Значит, непробиваемые? — усмехнулась вампирша, и в два прыжка преодолела большое расстояние.

Охранницы достали мечи и бросились в атаку. Одна из них оказалась ближе всех, и Эверилд выстрелила в неё в упор. Марути пошатнулась, а на груди нападавшей расцвел кровавый цветок. Воительница рухнула на землю, рядом упал меч, а стеклянные глаза уставились в небо. Эверилд немного сместилась, чтобы видеть остальных стражниц, которые окружали её с Лексом. Вампирша совершила ещё два выстрела, уложив на помост ещё двух охранниц. Эверилд наклонилась и вырвала из рук поверженной Марути меч. Теперь она была во всё оружие.

Лекс убил ещё четверых охранниц подошедших со спины к Эверилд. Арина даже не заплакала, смотря на всё происходящее безумие спокойно. Помост освободился, и остальные Марути замерли в нерешительности. В глазах воительниц плескался ужас, а в толпе началось волнение.

Стражницы пришли в себя, а из толпы вышли ещё десять Марути с мечами в руках. Дело принимало скверный оборот. Ещё пятнадцать женщин в красных плащах присоединились к бою.

Эверилд окинула толпу задумчивым взглядом, и её глаза остановились на верховной жрице. План возник моментально. Вампирша спокойно смотрела, как ней приближаются Марути, и прикидывала расстояние до главной жрицы. Эверилд достала дымовую шашку и бросила в толпу. Раздался взрыв. Эверилд краем глаза заметила, как Лекс выстрелил и уложил пятерых Марути, слишком близко подобравшихся к ней.

Она подняла меч поверженного врага и скользнула в дымовую завесу, бросив ещё одну шашку в сторону телохранительниц верховной жрицы. Прозвучало ещё два выстрела. Эверилд бесшумно приблизилась к одной из стражниц, отрубила ей голову и отсекла руку, держащую меч, другой. Она прокладывала кровавую дорожку, а её меч почти не встречал сопротивления. Пока Марути пытались что-то увидеть в дыму и надсадно кашляли, вампирша подобралась к верховной жрице и приставила лезвие к её горлу. Дым развеялся и все замерли от потрясения.

Лекс, умничка, сразу сориентировался, скрылся в тенях и скользнул к прикованной женщине. Он поднял меч, лежавший там же, и в несколько ударов разрубил цепи пленницы.

— Идёмте. — шепнул вампир, ментально следя за обстановкой.

Девушка пошатнулась, Лекс выругался, бросил оружие на землю и помог устоять Марути. Он приобнял девушку, шепнув нежным голосом:

— Доверьтесь мне, я вытащу вас. Моя жена скоро присоединиться к нам.

Вампир почувствовал, как расслабилась женщина, и облегчённо выдохнул, ведь ему не хотелось применять магический дар убеждения, к этой прелестной женщине. Держа в одной руке малышку, другой он придерживал за талию женщину, и шагнул в тени, скрывшись от глаз жительниц.

Эверилд, краем сознания отслеживала перемещения своего партнёра. Они направились прочь с площади, и вампирша пожелала им удачи, надеясь, что магический резерв вампира выдержит такое веселье. Но ей предстояла не меньшая работа. Она ещё помнила, как сваливалась от перенапряжения в особняке учителя, учась контролировать дар. А ещё всплыл в памяти тот момент, когда во время чумы, она половину города превратила в идиотов. С того дня, Эверилд жёстко училась контролировать свои эмоции, не желая больше вредить. Но не всегда ей это удавалась. Вампирша очень долго оттачивала свои способности, но самое страшное случилась, когда она, потеряв контроль над даром в Испании, выжгла мозги у целого города. Эверилд передёрнуло от воспоминаний, ведь она потом три дня пролежала в коме, не в состоянии из неё выйти. А когда пришла в себя, то у неё жутко болела голова. С одной стороны она была рада боли, а с другой стороны, боль в висках доставляла дискомфорт. Вампирша, даже какое-то время, не могла из-за боли смотреть на свет. После этого, Эверилд осторожнее использовала свой дар.

Эверилд с вызовом смотрела на толпу, с явным вопросом в глазах: «И что вы мне теперь сделаете?»

Самые лучшие воительницы лежали трупами у ног, и только дымовые шашки вызывали жалость, так как они были последними. Толпа отхлынула, смотря на Эверилд со священным ужасом в глазах.

— Отзови своих людей! — велела она ледяным голосом.

— Для этого мне надо показать специальный жест. Позволите, госпожа посланница? — в слегка хриплом голосе звучала лёгкая насмешка.

— Позволяю, но без глупостей, я читаю все ваши мысли. — предупредила вампирша.

Марути побелела, как первый снег. Она медленно подняла руку, изобразила рожки, после чего стражницы убрали мечи в ножны. Затем, плавно опустила руку.

— Вы довольны?

Вампирша кивнула и собиралась обратиться к жителям Пушляндии.

«Интересно, как называются граждане этого города? Пушлянцы?» — промелькнула мысль и юркой змейкой скрылась.

Эверилд вдохнула, и сказала.

— Мне богиня велела передать вам её волю. Вы обязаны сохранить жизнь Марути, находящейся в положении и оберегать её детей, которые в скором времени явят себя миру. Второе: мужчину этого вы должны боготворить. — и Эверилд послала народу проекцию Лекса.