Иона откинулась на спинку кресла, Дион встал у нее за спиной и стал массировать ей плечи.

— Я велю готовиться к ритуалу. — сообщила женщина.

— Они маги разума, госпожа, так что, вполне могут управлять артефактом.

— Лекс и Эверилд переглянулись.

— Не удивляйтесь, вампиры могут видеть скрытое. Правда, ваши уровни мне не доступны. Но смею предположить, что у вас, Эверилд, сотый уровень, иначе вы бы не получили дозволение развиваться дальше. А еще знайте, когда боги дают право встать на божественный путь, необходимо делиться частичкой своей силы.

— Зачем?

— Чтобы подготовить тело к мощи, которая может обрушиться на организм, когда достигните божественного ранга.

— Брр, как у вас все сложно. Что нужно для посвящения?

— Там ничего сложного, богиня должна тебя отметить нимбом. Если ты присмотришься внимательней, то увидишь, что верховная жрица носит венок из лавровых листьев с вплетенными в них цветами любви. В народе его называют - приворот.

— А у меня, что должно появиться?

— Нимб из белоры.

— Что такое белора?

— Белые цветы, означающие послушание.

— Понятно. Когда приступим?

— Сегодня вечером.

— А Марути его видят?

— Да.

— И для этого магия не нужна?

— Нет. А теперь идите, я велю вам занять любую из келий, а мне надо работать.

— Во сколько церемония? И одна я там должна быть?

— Да одна. Начало ритуала в полночь. Тебе все объяснят, ступайте. — приказала она.

Эверилд красноречиво посмотрела на верховную жрицу.

— Тьфу! Чуть не забыла. — она достала книжку с чеками, вырвала чек, написала сумму и отдала Эверилд.

— Благодарю.

— Обналичишь в любом банке. А этого красавчика я забираю в свой дом. — и она кивнула на Лекса.

Он с какой-то тоской посмотрел на Эверилд.

— Вот откуда в тебе столько циничности? — спросил Лекс у вампирши.

— В нашем мире иначе не выжить. И не тебе мне такие вещи объяснять.

— Мне. Ты хоть знаешь, сколько я пробыл вампиром, прежде чем уйти в спячку?

— Сколько?

— Сто лет.

— Ты ещё младенец. — констатировала Эверилд.

— А я про что?

— Не поверю, что за сто лет ты не разобрался с законами выживания в нашем мире!

— Представь себе, нет. Меня настолько морально вымотали бессмысленные убийства, что я желал одного: чтобы поскорее умереть или уснуть вечным сном.

— Знаю, сама через это проходила. Значит, ты из простых? Иначе, совесть так сильно тебя бы не мучила.

— Не совсем. Мой отец был олигархом, и когда мне исполнилось пятнадцать лет, отец задолжал нехорошим людям крупную сумму, подробностей не знаю, но до девятнадцати лет родители едва сводили концы с концами, мы все еще не плохо питались, видимо отец продолжал занимать деньги у знакомых. Отец подобрал мне богатую невесту, чтобы поправить дела, это было в сто сорок седьмом году до нашей эры. Уже два года шла война с Римом и меня призвали в армию и я не успел женится. Я провоевал два месяца, когда мне пришлось сдаться в плен и римляне угнали меня в Рим в рабство, отправив на гладиаторские бои.

— Сочувствую.

— Лжёшь.

— Есть такое. — не стала отпираться вампирша.

— И что меня пробудило, я не понял.

— Могу предположить, что это была близость артефакта прародительниц.

— Возможно.

— И что, тебе всё ещё противно убивать? Я за три года уже смирилась со своей сущностью.

— Нет. Дикий голод меня примерил с суровой реальностью. Благо, ты была рядом.

— На войне ты убивал.

—Это другое, я защищал родину. А в Риме повелся на обещание вампира, что смогу стать бессмертным и отомстить. Вот только наставник забыл сказать, что придется убивать невинных людей.

—Кто твой наставник? —загорелись любопытством глаза вампирши.

—Не хочу о нем говорить скажу одно, он был сенатором.

— Вы долго ещё стоять будете? — недовольно сказала Иона.

— Нет. — ответила вампирша.

— Я надеюсь, что была у тебя не первой женщиной?

Лекс вспыхнул глазами.

— Да ладно, ты девственником был? — не поверила Эверилд.

— Даже если так, что это меняет?

— Скажи, что ты пошутил. Ты даже крестьянок не зажимал и не задирал им юбки? — продолжала недоверчиво спрашивать Эверилд.

Лекс тяжело вздохнул и сказал:

— Нет.

Эверилд закатила глаза.

— А сразу сказать не мог? — упрекнула она его.

— Зачем? Чтобы ты меня засмеяла?

— Лекс, ты подросток, а я зрелая женщина, ничего не перепутал? Скажи, что это шутка.

— А ты, зрелая женщина, ничего не поняла, когда со мной спала?

— Нет. Ты в постели огонь и я бы не подумала, что ты ещё мальчик. — ответила она.

— Теперь ты знаешь мою страшную тайну.

— Я не верю. Как можно за сто лет не переспать ни с одной женщиной?