«Меня это устроит, если есть ванная комната,» — сказала уже тверже, игнорируя его вопрос.

«Есть,» — подтвердил принц, похоже, он устал меня убеждать.

«Тогда веди, вещи заберу потом,» — я уставилась на ботинки мужчины, и что-то подсказывало, что он тоже не смотрел на меня.

«Вещи соберут и принесут слуги. Тебе лучше больше входить в мои покои. Герцог уедет, но ему все доложат и приукрасят. Захочешь поговорить, мы встретимся в библиотеке или столовой. Я не посещаю твои покои, ты не посещаешь мои, такие правила,» — озвучил свои условия принц холодным тоном и указал рукой на соседнюю дверь.

Он провел меня до двери и сказал, что сегодня мне лучше остаться у себя, пока не уедут гости. Обед и ужин мне принесут. Меня снова заперли в покоях, дверь Рен не запирал, но я закрыла ее изнутри сама.

Я приняла ванну. Она оказалась меньше, чем в покоях принца, но больше, чем в моей квартире. После всего захотелось смыть с себя все, что случилось. Я сняла «приличное платье» и надела наряд, который готовила домой. Хватит изображать аристократку, после всего, что они видели, моя репутация где-то под кладкой подвала. Уверена, слуги разнесут новость, и к утру выражать свое пренебрежение будут даже служащие на конюшне. А Эрик или герцог поспособствуют, чтобы новость попала к слугам.

«ШАХ и МАТ, дорогая Эшли,» — повторила я, оценивая ситуацию. Эрику не придется целовать меня, связь не разрушена, но Даррену теперь и смотреть на меня противно. Откроют портал, он сам вышвырнет меня туда, еще и придаст разгон, а после вымоет руки.

Я сидела так около часа, предаваясь своим мыслям, пока не увидела, как в сад вышел младший принц под руку с Наоми. Казалось, ярости Даррена и не было вовсе. Они улыбались, и когда я рассмотрела, как он с любовью смотрит на девушку, дыхание сперло, на меня никто и никогда так не смотрел. Все, чего дождалась я, это вечно пьяный Шон или задранная юбка в подворотне клуба после трех шотов от Нико.

Дышать стало нечем, я пыталась успокоиться, но кислород будто перекрыли. Вдалеке раздались раскаты грома. Я посмотрела в сторону моря. Вот где мое спокойствие, никакого осуждения или насмешек. Только я и бушующая стихия.

Я порылась в сумочке и нашла свои наушники-вкладыши. Схватив телефон и наушники, я взяла плащ и пошла вниз, не обращая внимания на испуганных слуг. В конюшне выбрала лошадь Даррена, она была самой быстрой, и похоже, принц собирался провожать гостей, поскольку лошадь была запряжена. Я схватила поводья и сама не понимая, как, запрыгнула в седло.

Под крики конюха вылетела из конюшни и понеслась в сторону моря. Когда я отъехала на приличное расстояние, запустила на телефоне свой рок-сборник и врубила на максималку. Под биты своих любимых композиций я неслась в сторону моря, не разбирая дороги.

Привязала лошадь, когда добралась до обрыва, под которым бушевала стихия. Именно сюда меня привозил Даррен прошлый раз. Я посмотрела на свою руку и потерла след от пальцев принца. Потом перевела взгляд на море и грозу вдали, ветер трепал волосы и плащ.

«Маловероятно, что своей Наоми он когда-либо оставит такие следы,» — подумала я, и эмоции накатили волной. Воспоминания кружились, будто карусель: о Даррене, когда он сжимал до боли мою руку; видео из телефона с Нико, и навсегда отпечатавшийся в памяти образ пьяного Шона. Я выпустила все, что бушевало внутри, и нет, я не плакала. С меня вырвался крик, оглушающий крик, который я сдерживала все это время, а возможно уже давно. Мне казалось, что он заглушал раскаты вдали. Я упала на колени, но не переставала издавать звуки отчаяния и боли. Будто все воспоминания крутились, вырываясь наружу.

Когда горло начало нещадно саднить, а голос охрип, и вырывались только сиплые стоны, я поднялась с колен. Мне стало легче, наушники издали звук, что заряд закончился, похоже, я потеряла счет времени и слишком долго простояла у моря. Пора возвращаться.

Я выключила музыку, спрятала свои сокровища в вшитые карманы и повернулась в сторону лошади. Но ее не было. Я осмотрелась, я точно помню, что привязала коня Даррена, так как он учил. Я подошла к тому месту, где оставила лошадь, и увидела кроме отпечатков своих следов, следы еще одних ботинок. Лошадь отвязали намеренно.

Глава 7.2

Утес

Чувствуя, что что-то не так, я аккуратно осмотрелась вокруг. Заметив палку, я взяла ее, сама не понимая зачем, и из-за деревьев послышался хриплый смех.

«Не самое эффективное оружие против мага,» — сказал рослый мужчина, выходя из-за дерева.

«Зачем вы отвязали мою лошадь?» — задала я вопрос, пятясь назад к обрыву.

«Чтобы было убедительнее, но я решил, что пожалуй, ты не сломаешь шею, падая с лошади, а утонешь, сорвавшись с утеса. Ты так мило выла, даже меня проняло. Столько боли и отчаяния, я практически делаю тебе одолжение,» — сказал здоровяк, уверенно наступая на меня.