* * *

Тогда, в тот последний день в Оттобрунновском доме Шредеров, я буквально кончиком хвоста ощущал, как Фридриху фон Тифенбаху не терпится послать всех, включая мою дорогую подругу Таню Кох, к чертям собачьим и, наконец, остаться со мной вдвоем!

Уже тогда, когда при знакомстве мы обменялись с ним всего одной-двумя ничего не значащими фразами, я сумел по достоинству оценить его подлинно интеллигентную сдержанность.

Узнав, что мы можем с ним КОНТАКТИРОВАТЬ, - он не впал в мистический восторг, как Таня Кох, не устроил паническую истерику, как Эрих Шредер, - Фридрих фон Тифенбах воспринял КОНТАКТ как подарок судьбы, хвастать которым перед посторонними людьми было бы элементарно неприлично.

Он внимательно и терпеливо выслушал все наставления Хельги по "содержанию Кота в доме", кое-что даже записал и попросил разрешения изредка звонить, если у него возникнут кое-какие вопросы. И мы стали прощаться.

Эриху и Руджеро я, при всех своих иногда возникавших претензиях, был все-таки безмерно признателен и поэтому разрешил им слегка потискать меня и потереться носами о мою морду. А плачущую Хельгу, к которой у меня не было никаких претензий, я даже несколько раз лизнул в щеку, успев перехватить ревнивый взгляд Тани Кох.

– Вы тоже в Грюнвальд, Фолькмар?
– спросил фон Тифенбах уже у машины.

– Нет, Фридрих, - ответил профессор.
– Мы с фрау Кох должны обязательно быть в клинике. У нас вчера был тяжелый операционный день, и сегодня мне нужно посмотреть парочку наших больных.

– Не занимайте вечер, - сказал фон Тифенбах и раскрыл передо мной дверцу своего "Роллс-Ройса".
– И не отпускайте фрау Кох. Вполне вероятно, что у меня возникнет одно забавное предложение на вечер. Где вас искать?

– Клиника, автомобиль, дом... Все три мои номера есть в вашей волшебной трубочке.

Профессор помахал мне рукой, а с Таней мы просто расцеловались. Я даже успел спросить ее на ухо:

– У тебя так все серьезно с фон Дейном?

– А черт его знает...
– ответила она.
– Пока, вроде, да. Ты наворожил, что ли?

– Нет. Этого я не умею. Тут я абсолютно ни при чем, - сказал я и прыгнул на кожаное переднее сидение "Роллс-Ройса".

Интересно, можно ли от Мюнхена до Санкт-Петербурга доехать на "Роллс-Ройсе" без парохода? Просто по суше...

* * *

– Я могу обращаться к вам на "ты"?
– спросил меня фон Тифенбах, как только мы отъехали от Шредеровских ворот.

– Да, конечно!
– сказал я.
– Только на "ты". А мне как быть?

– То есть?..
– не понял он.

– Ну, как я должен к вам обращаться?

– Ну, если я тебе говорю "ты", то, как ты должен обращаться ко мне? Естественно, тоже на "ты" и по имени. "Фридрих" - и все! Да, кстати... В этом умилительно фальшивом документе, который мне передал синьор Манфреди, стоят два твоих имени - "Мартин" и "Кися". А на самом деле?

– Это единственные два слова правды, напечатанные в этой бумаге. И то с ошибками. Не "Мартин" и "Киса", а "МартЫн" и "КЫся".

– Мар-тЫ-иин... с трудом попробовал выговорить Фридрих и тут же отказался от дальнейших усилий.
– Нет! Это мне просто не по возрасту. А нельзя ли мне называть тебя "Мбртин"?

– Нет, - решительно сказал я.
– Тогда попробуй - "КЫ-ся"... Это такое простонародное имя. И, пожалуйста, смотри на дорогу. Мы сейчас чуть не врезались в стоящий автобус...

– Ах, прости меня, ради Бога! Как ты сказал? Повтори еще раз.

– КЫ-ся.

– КЫ-ися... Так?

– Ну, почти так, - пожалел я его.
– Попробуй еще раз. Без "и".

– Кы-ся... Кы-ся... Кы-ся!..

– Гениально!
– сказал я.
– А теперь не делай паузу между "Кы" и "ся". Попробуй сказать слитно - "Кыся"...

– КЫСЯ!
– превосходно выговорил Фридрих фон Тифенбах.

– Блеск!
– восхитился я.
– В качестве комплимента могу сообщить тебе, что даже в России трудно найти образованного и интеллигентного Человека, который с легкостью произносил бы русские слова или названия на полуграмотном общенародном диалекте. Матерными ругательствами все овладели в совершенстве, а вот подлинное просторечие - не дается! Все какая-то анекдотичная стилизация. Порой это так раздражает...

– Как у нас в Баварии!
– подхватил Фридрих.

– Возможно, - согласился я.
– Я не так много сталкивался с баварцами.

– А, вообще, откуда ты так знаешь языки?

– Я их не знаю, - признался я.

– То есть как это?!
– поразился фон Тифенбах.
– А как же мы с тобой разговариваем?! Я же не говорю по-русски!

– Телепатия, - сказал я.
– Мы с тобой случайно и счастливо оказались настренными на одну ВОЛНУ. Отсюда и телепатический КОНТАКТ. Большинство Людей и Животных об этом понятия не имеет!