Шрифт:
Ну, если Василиса проснётся, то никому из них мало не покажется. Когда Василиса проснётся.
Смело пройдя через прихожую, Василиса пинком открыла дверь Зоиной спальни. И оторопела.
Глава 10. Здесь был Вася
В Зоиной спальне, заполненной лёгким ароматным туманом, кружком сидели Ядвига Мстиславовна, Лариса, спящие Гаврил и сама Василиса. Оба опутаны разноцветными нитями, овивающими ещё и торчащую бледную руку Зои.
Лариса невозмутимо поворачивала на пальце многоугольную лавандовую мандалу, Ядвига Мстиславовна, что-то напевая себе под нос, вывязывала кружева на спицах.
Василиса переступила через порог и зашипела:
– Что? Здесь? Происходит?
Ядвига Мстиславовна вскинула голову, и её глаза расширились. Лариса от удивления уронила мандалу. На вопрос ответить никто не успел.
Дверца Зоиного шкафа, скрипя, потихоньку открылась. Василиса повернулась на звук, и перед ней медленно возникло её собственное отражение в искривлённом зеркале. Она стояла в заляпанном кровью длинном жемчужно-сером платье, бледная и растрёпанная. А за её спиной маячила полупрозрачная Зоя. Василиса обернулась.
И разлепила веки. Оказалось, она так и сидела на стуле у Зоиной постели. Василиса попыталась протереть глаза, но руку удержали тонкие нити, что сплела Лариса.
Зевнув, Василиса поморгала и посмотрела на Ядвигу Мстиславовну и Ларису, которые молча переглядывались. Гаврил вроде бы тоже проснулся. Тоже попытался протереть глаза, и руку Василисы резануло натянувшейся нитью.
Это уже реальность или очередной сон? Вроде всё так, как и должно быть. Их вообще посылали за травами или нет?
– Ну и что дальше? – спросила Василиса, делая вид, что всё в порядке. Потом она подёргала за нить, связывающую её запястья с Зиной рукой. Та так и торчала из-за балдахина, как кусок статуи.
– Чудно, – протянула Лариса, потирая бровь. – Совсем чудно.
– Вы нас распутывать собираетесь, или как? – напомнила о себе Василиса.
– Да всё равно уже, – пробормотала Ядвига Мстиславовна, доставая ножницы. Она просто пару раз щёлкнула ими и собрала разрезанные нити в большой пёстрый путаный ком.
– Почему ты сказала, что я дурачок? – вдруг спросил Гаврил.
– Потому что так и есть, – буркнула Василиса, снимая с рук остатки нитей. – Между прочим, твой деревянный мозг до сих пор у меня дома лежит.
– Деревянный? – сдвинула брови Лариса.
– Ну это лучше, чем поролоновый, – тихо проговорила Ядвига Мстиславовна.
– Она там всем рассказывала, что я – умственно отсталый, – продолжал жаловаться Гаврил.
– Не всем, а только этой… как её… – Василиса запнулась, потому что толком не знала, была в санатории Зоя, или только её проекция. Или как там это правильно называется.
– Кому? – уставилась на Василису Ядвига Мстиславовна.
– Там была девушка, очень похожая на Зою, – медленно проговорила Василиса. – В санатории, в советское время. Но она сказала, что она – не Зоя.
Ядвига Мстиславовна внимательно глянула на Ларису.
– Там я её и потеряла, – кивнула носатая ведьма.
– Кого потеряли? – не поняла Василиса.
– Да тебя. – Лариса резко крутанула мандалу, та завертелась юлой, слившись в один сплошной сиреневый кокон. – Я шла за вами к заводи, потом через поле с кострами, потом по саду. Довела тебя до купальни. Но когда ты зачем-то вызвала дождь, я тебя потеряла. Этот, – Лариса кивнула на Гаврила, – так и мотался по санаторию, всё Зою искал. А ты-то куда подевалась?
У Василисы внутри закипало.
– Так вы, значит, меня там одну бросили? – яростно прошипела Василиса. – А если бы со мной что-то случилось?! Там, знаете, какая жуть творилась!
Василиса скинула оставшиеся нитки и вскочила. Её, стало быть, затянули в чьи-то бредовые кошмары и оставили там одну, хотя клятвенно заверяли, что всё будет под контролем. В который раз местные ведьмы её провели.
– Правильно, я же не ваша драгоценная Зоя! – рявкнула Василиса. – Меня и бросить можно в любом кошмаре!
Вся троица, находившаяся в сознании, от её криков дружно вздрогнула. Вот и отлично, так им и надо.
Василиса выскочила из спальни, выбежала в сени. И увидела на полу собственные кеды. Так она же до сих в дурацких Зоиных тапках. Расшвыряв пинками обувку по углам, Василиса села на скамейку и стала натягивать свои кеды.
– Я такого никогда не видела, – доносился из дома приглушённый голос Ларисы. – Чтобы так резво сны меняли и скакали на такую глубину. Хорошо, что она догадалась сюда вернуться, а то бы…