– Идите, идите, занимайтесь вашим дельцем. – Василиса изо всех сил растягивала лицо в улыбке. – Я подожду. Всё хорошо, хорошо.

Василий, всё ещё улыбаясь, кивнул и потихоньку стал двигаться прочь от Василисы. Бочком, продолжая нагло пялиться на её голые ноги.

Василиса же снова зашла за колонну и глупо лыбилась Савельеву оттуда. Наконец он прошёл весь бассейн и, кивнув на прощание, исчез в ночном саду.

Шумно выдохнув, Василиса привалилась спиной к колонне. Нет, приятно, конечно, когда мужчина называет тебя не «крошка», «чика» или «тянка», а нимфой. Вдруг стало смешно.

Василиса изо всех сил старалась не хохотать в голос, вспоминая похотливые глазки Васи Савельева. Он, наверное, не так уж часто видит полуголых девиц, плещущихся у них в купальне. Хотя, учитывая репутацию папаши… Кто знает.

Отсмеявшись и почувствовав облегчение, Василиса прикрыла глаза. Провела рукой по волосам. Пальцы нащупали мокрые стебли и цветы. Ну точно, нимфа. В купальнике и венке. Эх, Вася, Вася. Или кто ты там на самом деле.

Дело. Дельце. А что у него за дела, интересно, ночью в саду? Вот Василисы это точно не касается.

В любом случае, бегать тут в купальнике – так себе затея. Надо приодеться. Уже зажмурившись и приготовившись представить себя в обычной одежде, Василиса выдохнула и открыла глаза.

Это сейчас какой век, интересно? Может, девятнадцатый? Или начало двадцатого? Так или иначе, джинсов женщины тогда не носили. Надо придумать платье. А фасон?

Господи, что за бред. Фасоны ещё продумывать. А если её увидят в чудном платье? Что сделают? На костре, что ли, сожгут? Да нет, вряд ли, это ж не средневековая Европа.

Но и лишнего внимания тоже лучше не привлекать. Василиса прикрыла глаза и представила себя в простом длинном платье с рукавом. Открыла глаза, вышла на лунный свет. Окинула себя взглядом. Жемчужно-серое платье в пол. Рукава-фонарики до локтя. Кажется, она такой наряд видела в каком-то фильме. Вроде неплохо. О, волосы.

Быстро распустив волосы, Василиса завязала их в узел на затылке. И нахлобучила венок. Если что, она – нимфа. Или призрак горничной. Есть тут такая? А то нет. В любом замке есть привидение.

Лучшая защита – нападение. И если что – надо кричать «бу-у-у!», таращить глаза и растопырить пальцы. Ага, а потом ей будут рассказывать сказки про местных призраков. Вот они, оказывается, откуда берутся, эти легенды.

Ладно. Куда идти? И зачем? Когда там этот сон закончится?

Василиса вышла из купальни в сад. Окинула взглядом огромный спящий дом. Как ты всё-таки прекрасно, Скиркудово. И как тебя жаль.

Стараясь держаться поближе к кустовым изгородям, Василиса брела по саду. Снова всё изменилось, но не так уж сильно. Скамейки в порядке, беседки, мостики, многоуровневые клумбы. Всё на месте.

Услышав приглушённые шаги, Василиса вжалась в колючую изгородь. Метрах в десяти от неё прошёл мужчина с деревянной тачкой. Да, это тот самый садовник, что и во времени Василисы ухаживает за садом. Уже будучи привидением.

Вздохнув о загадочной судьбе садовника, Василиса пошла дальше. Услышав, как кто-то шёпотом позвал Васеньку по имени, замерла. Подкралась к большому раскидистому кусту и осторожно выглянула.

В лунном свете у беседки стояла и оглядывалась Зоя. Только снова чуть изменившаяся – в историческом платье и с забранными в причёску волосами.

Василисе в выдуманном длинном платье оказалось не очень-то удобно шпионить в саду за очередной Зоей и Васей Савельевым, удивительно похожим на Гаврила. Вася появился у беседки почти сразу после Зои, но о чём они там шептались, Василиса не разобрала, потому что побаивалась выходить из-за кустов.

До неё доносились лишь приглушённые голоса да Зоино хихиканье. Когда Василиса уже решилась обойти изгородь и подобраться к беседке с другой стороны, оттуда вполне отчётливо донеслись весьма недвусмысленные звуки. Пытаясь мысленно сосредоточиться на чём-нибудь более или менее приятном, Василиса пошла вокруг розовых кустов.

Представляя бескрайний синий океан или хотя бы пруд с кувшинками, Василиса медленно брела вдоль высоких роз, подсвеченных луной. Где-то рядом шебуршил садовник.

Словно в лабиринте, вернувшись к прежнему месту, и вновь оказавшись за беседкой, только с другой стороны, Василиса всё-таки решилась подобраться ближе, чтобы расслышать, о чём там шептались Вася и его подружка. Присев, даже сумела кое-что рассмотреть между косыми клетками пергол. Вася в расстёгнутой белой рубашке лежал прямо на дощатом полу, а рядом, положив голову ему на грудь и прикрывшись измятым платьем, разместилась Зоя.