Шрифт:
– Что?!
– грохнула об стену дверь ванной, впуская Доу.
– Что случилось, Надин?! Где болит? Почему ты молчишь?
Задавая эти вопросы он не стоял на месте, а успел сграбастать жену в охапку и утащить в спальню, чтобы как следует осмотреть и ощупать на предмет повреждений..
– Холодно было, вот я и… - покраснев, Надя сделала попытку отползти.
– Со мной все в порядке, не волнуйся.
– Э нет, моя дорогая. Не так быстро, - не позволил Магнус.
– А как же компенсация за моральный ущерб?
– Я сделаю ризотто на ужин, - закосила под дурочку Надюшка.
– Лучше плов, - пошел ей навстречу Доу, за время брака успевший напробоваться разнообразных блюд иномирной кухни. Плов, борщ и ризотто очень пришлись ему по вкусу. Впрочем, от чахохбили, домашней лапши, картофельных запеканок с мясом и всяческой выпечки Магнус тоже нос не воротил. И это не говоря уже о сладких молочных кашах, до которых он оказался большим охотником.
– Но вообще-то я имел в виду несколько другое, - и, не позволяя отодвинуться, бросил говорящий взгляд на тело жены.
– Плов и коврижку с кремом, - дрожащим голоском предложила она.
– И капусты надо нарубить. Наверняка тебе понравится, хотя…
– Иди, - простонал Доу, отодвигаясь.
– Иди отсюда, маленькое чудовище, не испытывай моего терпения. Я, знаешь ли, не железный. И научись уже регулировать температуру воды.
***
– Что там у тебя?
– доедая горячо любимую манную кашу, полюбопытствовал Магнус.
– А?
– вздрогнула и подняла голову Надя.
– Список покупок составляю. Оказалось, что у нас вышла вся корица и мускатный орех. А еще я хотела шафрана прикупить. И тростникового сахара, коричневенького такого.
– Мне в крепость сегодня надо, - отложил ложку он.
– В принципе, - осторожно подбирая слова, заметила Надюшка, - я и сама могла бы сходить. Заглянула бы в пару лавок, оставила бы заказ.
– И все?
– уточнил Доу.
– Еще я хотела бы поискать семена на посадку. Весна на носу, нужно будет огород копать.
– Да, миндаль скоро зацветет. Красиво будет. Что ж, Надин, в принципе я не против, - неожиданно согласился он.
– Но у меня к тебе пара вопросов. Первый: ты хорошо помнишь дорогу на торжище?
Обещанная пара вопросов как-то незаметно превратилась в пару дюжин, непринужденная супружеская беседа за завтраком в форменный допрос, а милая кошечка-жена в многозначительно поглядывающую на коллекционные сковородки фурию.
***
– Не злись, - сказал ей Доу на прощанье.
– Ищи во всем позитив. Ты освежила все свои знания о нашем мире, а заодно получила возможность прогуляться в одиночестве.
– Ты невыносимый зануда и перестраховщик, желающий все держать под контролем, но… спасибо.
– Рад, что ты это понимаешь, Надин, - ухмыльнулся проклевавший Надюшкин мозг дятел.
– До вечера.
– Пока, - обрадовалась она.
***
Рынок встретил Надюшку неповторимой будто бы предпраздничной какофонией звуков и запахов. Все вокруг было ярким и радостным, а сама она чувствовала себя слегка охмелевшей от неожиданно нахлынувшей свободы. Что ни говори, а недели проведенные взаперти не могли не оказать своего влияния на девушку.
– Как мало человеку надо для счастья, - улыбнулась Надя, остановившись у прилавка с пряностями.
– Что?
– отвлеклась от обслуживания покупательницы дородная торговка.
– Нет-нет, - Наде стало немного неуютно под ее изучающим взглядом.
– Это я так. Не беспокойтесь.
– Ясно, - дернула щекой та и вернула свое внимание клиентке.
А Надежда вспомнила, что вообще-то явилась сюда по делу, и стала выбирать пряности, краем уха прислушиваясь к разговору торговки и покупательницы.
– Чем могу служить?
– освободившаяся продавщица снова приступила к Наде.
– Мне нужна корица, дюжины палочек должно хватить. И по паре мер кардамона и мускатного ореха. А еще… Шафран у вас есть? Да! И меру шафрана тогда. Сколько с меня?
– Пять золотых, - не моргнув глазом, заявила торговка.
– Хорошо, а еще… Подождите ка, какие еще пять золотых? Откуда такие цены? Женщине, что стояла передо мной, вы отпустили товар в десять раз дешевле.
– Не хотите, не берите, - ничуть не смутилась торгашка.
– Конечно не возьму.
– Как хотите, но… - тетка перегнулась через прилавок, - дешевле товара вы все равно не найдете. Никакого и нигде.