Шрифт:
– Ты как?
Каролина всхлипнула не то от плача, не то от смеха, закрыла рот, чувствуя, как горит её лицо и произнесла:
– Не знаю. Меня трясёт. И распирает изнутри. Никогда ещё не чувствовала себя настолько несчастной… и счастливой… одновременно.
День бала.
Комната Дайны во Дворце Правителя
Сидя у зеркала, Дайна вспоминала поцелуи Энриля.
Нежные, чуткие, прохладные, почти целомудренные и другие – откровенные, даже порочные, от которых кружилась голова, и забывалось собственное имя…
– Госпожа Дайна? – робкий голос служанки вернул её в реальность.
– Да?
– Волосы лучше уложить высоко, как у высокородных дам? Или?..
– Или. Я из семьи работников плантаций, - с достоинством ответила Дайна.
Служанка кивнула и принялась расчесывать спутанные после мытья волосы личной лекарки Правителя. Работала она быстро, но аккуратно, так что очень скоро Дайна снова унеслась мыслями в вечерние прогулки с Правителем.
И странно, они побывали во всех красивейших и уединённых уголках Авеанны, а Дайна запомнила лишь его редкие слова, острожные касания, вкус его поцелуев и взгляды, в которых плескалось расплавленное серебро.
Два дня назад.
Земли рода Лунгаллей в Авеанне
– Не понимаю, - Энриль оторвался от её губ. – Здесь на многие мили никого нет...
Он был прав, заброшенные сады Лунгаллей – некогда могущественного, но давно уже угасшего рода – притягивали какой-то особенной, оголтелой, непричёсанной красотой, однако веаны здесь не селились. Простые люди считали эти земли проклятыми. Правда же заключалась о том, что они оказались слишком сложны в обработке. Так что наследники рода перебрались в другие провинции, и дороги к садам затянули леса и болота.
– …к тому же стемнело. Но ты не хочешь продолжения. Боишься, что кто-то узнает?
– прошептал он, будто искушая, и тут же снова притянул её, чтобы покрыть шею и ключицы лёгкими, как касание нежного цветка, поцелуями…
– Я буду знать, - Дайна непроизвольно выгнулась из-под его рук, выравнивая сбившееся дыханье. – Что же касается нечаянных свидетелей, мне нет до них дела.
Они сидели в траве под цветущим деревом, и, наверное, лучшего места и времени сложно было найти. Особенно, если учесть, что насекомые никогда не кусали веанов, и могли побеспокоить их лишь своим присутствием.
– Ты хочешь близости после церемонии заключения брака, - он отстранился.
– Ага.
– И в то же время не хочешь брака, - Энриль на мгновение зажмурился, пытаясь разобраться в её чувствах.
– Ну. Да, - подняв бровки, невинно улыбнулась Дайна.
– Хочешь, но не можешь, - недоумевал Правитель. Его руки всё ещё придерживали её за плечи, и если по-честному, ей не хотелось, чтобы их односторонние объятья прерывались. – Это так странно. Так противоречиво и одновременно… так понятно мне.
«Ему ведь тоже хочется большего, но не положено. Видимо, он сам до сих пор ничего не решил».
– Так пусть всё остаётся, как есть, - она приблизилась губами к его губам. – Раз сейчас нас обоих устраивает наличие внутренних барьеров.
– Однажды разгоревшееся пламя когда-нибудь вырвется, - прошептал Энриль, прижимая её к себе и проводя ладонью по тонкому хлопку на её спине, от лопаток до самой поясницы.
– Пусть… - Дайна коснулась кончиком носа его гладкой щеки.
– Пока же… мне нравится сдерживать его, - прошептала она, чувствуя, как в груди всё замирает, а внизу живота скручивается тугой узел.
– Пусть будет так, - в его глазах полыхнуло жадно, жарко, будто обещая. Губы пленили её рот, даря такой поцелуй, что несколько мучительно сладких мгновений она хотела забрать свои слова обратно, попрать собственные принципы и прямо здесь и сейчас поддаться порыву…
День бала.
Комната Дайны во Дворце Правителя
– Готово, госпожа, - отойдя на пару шагов, служанка сделала короткий поклон.
Дайна поднялась со стула.
Зеркало отразило любопытную голубоглазую блондинку с острыми ушками и причёской «мальвинка», выполненной сложным плетением. Платье из небесно-голубого атласа – простое, длинное, на тонких лямках – скрадывало излишнюю худобу, делало зрительно грудь больше, а талию тоньше. Из-под подола выглядывали мыски таких же голубых атласных туфелек.
В дверь постучали.
– Войдите, - произнесла Дайна совсем не командным тоном.
«Ну какая из меня госпожа…»
В комнату заглянул Энриль. Лицо его вытянулось, и, кажется, даже рот приоткрылся.