Шрифт:
– Нормально сидит? – Дайна поёжилась и поправила лямку. – Сто лет не носила платьев.
– Д-да… В смысле, выглядишь потрясающе, только… причёска ещё не готова? – Энриль вопросительно глянул на служанку.
– Всё готово, господин, - та покраснела и опустила голову.
– Она не причём, - Дайна заправила за ухо длинные прядки, непривычно свисающие с висков.
– Я попросила оставить всё так.
– Ммм... – Энриль подошёл к своей спутнице. – Хорошо. Тебе идут распущенные волосы.
Протянув руку к её причёске, он пропустил длинную прядь меж пальцев, укладывая волосы ровной полоской на плече. При этом его рука невольно задела голую кожу. Дайну будто током прошило, по телу разлилось тепло…
«Так, стоп,» - задержала она дыхание. – «Мы вообще-то не одни».
– Благодарю за помощь, - Энриль кивнул служанке.
– Можете быть свободны.
– Да, господин, - коротко поклонилась та и тут же вышла, прикрыв за собой дверь.
Они остались одни.
«Одни!» - сердце в груди заколотилось так, что, наверное, его удары стали заметны под тонкой тканью облегающего платья. Предвкушение чего-то прекрасного, щедро замешанное с поднимающейся в груди эйфорией, подтачивало намерение зачем-то терпеть. – «Действительно, зачем? Кто установил эти правила, принципы, которым я так ревностно следую? В этом мире они иные… Разве не чудо, что мы вообще отыскали друг друга сквозь время и пространства, преодолели столько социальных слоёв… Мы есть друг у друга. Разве этого недостаточно? Разве мои чувства к нему - не веский довод?»
Улыбка, играющая на губах Энриля, сошла, лицо его стало серьёзным:
– Дайна, я тоже… люблю тебя.
– Ох… - сердце замерло, прежде чем сделать кувырок.
Его руки мягко легли на её талию, заставляя дыханье окончательно сбиваться, а сердце колотиться быстрее, хотя куда ещё? Дайна положила ладони на его плечи точно так же, как когда-то мечтала, но единственным её желанием было ощутить под руками не ткань, а тепло его тела. Вслед за этой мыслью на первый план вышли и все затаённые желания. Стало жарко.
– Кажется, я… думаю не о том, - смутилась Дайна.
Энриль и сам покраснел, правда, тут же поспешил перевести ситуацию в шутку:
– Почему именно сейчас? – усмехнулся он, сделав бровки домиком. – Нам ведь нельзя опаздывать. Не в этот раз.
– Ну, бал ведь не до утра? – подмигнуть не получилось, слишком уж сильным оказался накал охвативших Дайну эмоций.
– Кто знает? Кстати, прости, что так внезапно и в условиях срочности, - Энриль извлёк из еле заметного нагрудного кармана два серебряных украшения с крупными голубыми камнями. – У меня для тебя… есть кое-что.
– Ещё подарок? – улыбнулась Дайна.
Да, она слышала или читала где-то на Земле, что подарки от мужчин надо принимать с бурной радостью. Иначе у них желание дарить пропадает. Но что-то подсказывало: Энриль – не среднестатистический землянин.
«К тому же он знает, что я не любительница украшений,» - Дайна разглядывала серебряные завитушки, лежащие на длинной ладони Правителя, – «особенно таких, как эти каффы, которые ни на тренировку не наденешь, ни в лабораторию, ни в лекарскую часть».
– Сомневаешься. Так я и думал, - загадочно улыбнулся Правитель.
– И всё же, не могу не спросить. – Он выдохнул и произнёс в полголоса, но очень торжественно: – Дайна, эти драгоценности принадлежали жене самого первого Вечного. А теперь они – знак моей избранной. Ты… примешь их?
Глава 32. Всего лишь каффы
Комната Дайны во Дворце Правителя
«Ого…»
Дайна знала, что жена первого Вечного умерла почти тысячу лет назад. Знала, что для общественности у Вечного Энриля Эаронсиля с тех пор, так и не было жён. Не было даже Избранной или фаворитки, в отличие от Хардракарского Волдарка – тот менял своих пассий, как перчатки, не скрываясь, и даже не стесняясь заводить гаремы.
– Нет, - твёрдо ответила Дайна. – Нет, по многим причинам. Во-первых…
– Дайна, - перебил её Энриль, - послушай, я теперь Правитель. Я решаю. Так вот, я решил, что отныне мой знак ни к чему тебя не обязывает. Он не принуждает тебя быть со мной во веки веков, чего ты особенно боишься.
– А..
– Знаю, что боишься, но обсудим это лучше потом.
– Действительно, лучше потом, - во время его речи Дайна прожила всю гамму эмоций от возмущения до неожиданной радости взаимопонимания.
При этом она осознавала: у них, правда, нет времени обсуждать её чувства.
– Важно лишь, что он – защита. Дайна, всё это время я тебя берёг.
– От чего? – усмехнулась девушка.
«Чем можно напугать человека, познавшего практику в травме, московские пробки и распродажу в Икее?»
– От своры придворных, от… кандидаток в фаворитки прадедушки, - он опустил глаза. – Ничего серьёзного, просто ты должна знать: я так и не смог окончательно избавиться от них. Времени не было, да и повода.