– Пожалуйста, – услышал он тонкий, прерываемый помехами голос Карлотты, – помогите мне… мистер Крафт… мистер Механ…

Механ быстро пересек коридор, натягивая лабораторный халат поверх пижамы. Постучал. Ответа не последовало. Он услышал, как где-то внутри сдавленно всхлипывает Карлотта. Достал из кармана ключ и толкнул дверь.

В спальне никого не было. Гостиная была пуста. Механ повернулся и быстро прошел на кухню. Было холодно. Карлотты там не было.

– Мистер Крафт, мистер Механ, – послышался ее жалобный голос.

Механ постучался в ванную.

– Это я, Джо Механ. С вами все в порядке?

Он приоткрыл дверь. Карлотта, завернувшись в свой красный халат, забилась в импровизированный угол комнаты, где под окном стояла ванна.

– Он пришел за мной, – прошептала она.

– Только что?

– Да. Я сбежала.

– Хорошо. Успокойтесь, – попросил Механ, нервно вытирая губы. – Давайте выйдем отсюда.

Они вошли в смотровую. Доктор Кули, отвечая на звонок Крафта, быстро прошла по коридору. Карлотта пыталась объяснить, что произошло.

– Он угрожал мне… всем нам…

– Угрожал? – переспросила доктор Кули.

– В его голосе звучала ненависть…

– Ко мне? К Джину?

– Ко всем.

– Что он хотел сделать? – мягко спросил Механ.

– Я не знаю. Он боится, что вы поймаете его в ловушку.

Крафт и доктор Кули переглянулись.

– Вы знали, что у нас есть способ поймать его? – спросил Крафт.

– Нет.

– Вам кто-нибудь об этом говорил? Студент?

– Я не знаю, о чем вы.

– Это правда, – сказал Крафт. – Мы кое-что разработали. Пытаемся найти неопасный для вас способ.

– Мы используем охлажденный гелий, – доверительным шепотом сообщил Механ.

– Если попытаетесь его поймать, он убьет вас, – тихо прошептала Карлотта.

– Предположим, что сущность или призрак существует независимо от того, кто его воспринимает, – читал Крафт лекцию. – Тогда следующий шаг – определить, сохраняет ли оно какие-либо физические свойства, кроме световых, слуховых и тактильных явлений. Другими словами, имеет ли оно форму? Состоит ли из атомов и молекул? Существует ли материально, как предметы или газы; в форме энергии, как радиоволны или свет; или исключительно на психическом плане, где оно доступно только человеческому разуму, но не научному наблюдению?

Притихшие студенты столпились на небольшом возвышении над комнатами. Внизу, в необычно ярком свете – имитация утреннего солнца, горизонтально проникающего в гостиную, – Карлотта о чем-то серьезно разговаривала с доктором Кули.

– Мониторы, о которых я уже говорил, быстро проанализируют электромагнитные или термоэлектронные свойства объекта. Предполагая, что мы сможем получить хотя бы его фрагмент, – добавил Крафт, – на вопрос о том, имеет ли он физическую форму, ответит оборудование, о котором доктор Кули сейчас рассказывает миссис Моран.

Зажегся крошечный огонек. Крафт распахнул черную дверь. Внутри, освещенное маленькой фиолетовой лампочкой, находилось невероятно сложное переплетение проводов и медных труб, оснащенное дрожащими циферблатами, где были указаны температура и давление в емкостях, защищенных таким плотным металлическим сплавом, что их не было видно.

– Чем бы ни был этот объект, – продолжил Крафт, – присущие ему холодные пятна указывают на то, что он обладает свойствами, сходными с теплоотводом, поглощающим тепловую энергию в непосредственной близости. Все, что потребляет или поглощает тепло, определяется как эндотермическое, а значит, наиболее эффективным и практичным способом обездвижить его или привести в неактивное состояние является замораживание, – Крафт указал на циферблат устройства и театрально опустил голос. – Жидкий гелий. Двести семьдесят градусов ниже нуля. Самая холодная субстанция, известная человеку. За исключением абсолютного нуля в космическом пространстве. При любом контакте с жидким гелием можно получить страшный ожог и немедленно лишиться части тела. Намного хуже обморожения и гангрены.

Перед их мысленным взором промелькнула картина руки, отваливающейся от плеча и рассыпающейся на замерзшие кристаллики. Несколько студентов подошли поближе к перилам смотровой.

– Смысл использования жидкого гелия заключается в следующем, – объяснял Крафт. – Мы хотим справиться с этим явлением любым доступным нам способом. Если распылить жидкий гелий на любое материальное вещество, его температура немедленно опустится настолько низко, что прекратится практически любая молекулярная и атомарная активность. Значит, оно будет заморожено.

Студенты, казалось, были ошеломлены рассказом Крафта. Внезапно эксперимент стал реальным, осязаемым, а вовсе не теоретическим. Словно открылась пугающая дверь и никто не может увидеть, что находится по ту сторону.

– А если ничего не произойдет? – наконец спросил один студент.

– Значит, сущность не состоит из физической материи как мы ее понимаем.

– Или же, – вставил Механ, – эта сущность может входить и выходить из наших пространственно-временных рамок, избегая любых физических попыток ее ограничить.