– Ты проснулся, братик, - я услышал голос Лолы. Ну и ну, это и впрямь была она. Но теперь её голос был по-настоящему мягким, нежным и заботливым. Очень непривычно было слышать её такой! – Уже час дня. Я просто захотела помассировать твои замечательные тёплые мягкие лапки.

– Лола? – спросил я, открыв глаза и сев на кровати. Перед собой я и впрямь увидел свою сестру, которая мило мне улыбалась. Её верхние лапки лежали на моих стопах. Удивительно, на её мордочке не было и тени той едкой усмешки, что я привык видеть на ней! – Это ты?

Через высокие бронированные окна моей комнаты внутрь проникал яркий солнечный свет. На потолке всё так же красовалось синее ночное небо с кометами, астероидами и планетами. Мои игрушки – броневик, вертолёт, танк, экскаватор – мирно стояли на полу, ожидая, когда я решу с ними поиграть.

– Я, - львица засмеялась и, отпустив мои стопы, обошла кровать и, крепко обняв, поцеловала в лоб и нос. – Я очень тебя люблю, Ленни. Что бы я ни говорила, знай – ты мой самый близкий зверь на свете.

– Э-э-э, - я не нашёлся что ответить. Такой прилив нежности был неожидан, но я тоже обнял сестру и поцеловал её.

– Если я над тобой подшучиваю – то это любя, - продолжила Лола, принявшись вылизывать мою морду. – Ты был молодцом тогда, перед родственниками убитых. Точно держался как настоящий император.

– А-а-а, спасибо, - ответил я, мягко отстранив Лолу от себя, повернувшись и спустив лапы с кровати. Я потянулся и широко зевнул. Образы встревоженной толпы, моих подданных, к которым я обратился ранним сегодняшним утром, возникли в моей памяти. Да, я старался быть достойным монархом. – А что там с Розалем? Новостей нет?

– Первым делом осведомилась об этом, как проснулась, - сообщила Лола, присев рядом со мной. – Нет пока. Этот гад умеет прятаться. Но ничего, рано или поздно мы его найдём.

– Эх, хоть бы он не покинул город, - я задумчиво почесал спину. Тут я вспомнил, что обещал родственникам убитых зверей и задрожал от страха. Нет, я не собирался отказываться от своих обещаний, но, понимаете, здесь могли возникнуть кое-какие трудности. – Слушай, Лола, я ведь обещал родне убитых финансовую поддержку от императорской семьи. А от отца мне не прилетит?

– Ой, не знаю, братишка, - засмеялась Лола. – Он у нас нынче сердитый. Думаю, не стоит его тревожить раньше времени, как считаешь?

Наш отец, император Леомии, очень любил деньги. Он, помимо того, что являлся правителем самого мощного государства в Фурроне, так же был и богатейшим зверем в нашей звёздной системе. Двести тридцать миллиардов леорублей – таково было состояние нашей семьи. Можно купить с потрохами какую-нибудь страну! На чаевые, которые император Леомии даёт своей горничной, можно купить хорошенькую машину. Он может долго рассуждать вместе с имперским министром финансов, куда направить субсидии, а куда - нет. Отец даже за леокопейку трясётся, я-то знаю. А я пообещал пострадавшим такие огромные выплаты! Очень не хотелось показаться вруном в глазах подданных ещё до того, как вступил на престол. Но, будем надеяться, отец выделит деньги.

– Ты, наверное, проголодался? – осведомилась Лола. – Я сейчас.

Махнув хвостом, она вышла за дверь и спустя полминуты появилась с широким подносом в лапах, на котором я увидел тарелку с аппетитной гречневой кашей с тушёнкой, два графина – с молоком и сладким морсом, жареные тосты и ломтики бекона, а также горшочек с мёдом. Посуда звонко забренчала, когда Лола поставила поднос на столик передо мной. У меня потекли слюнки, когда я увидел всё это! Я готов был съесть эти яства в один присест! Сгорая от нетерпения, я схватился за тост, положил на него два кусочка бекона и жадно откусил.

– Знаешь что, Ленноз? – спросила меня Лола.

– М-м-м? – промычал я, поедая тост с беконом.

– На кухню вчера, оказывается, завезли икру. Чёрную, красную, заморскую баклажанную. Если хочешь – сходи, возьми.

– О, это я всегда готов, - я с хрустом прикончил тост и, вскочив на лапы, побежал к двери.

Икру я обожал. Это был, наверное, единственный морепродукт, который я любил. Ну, может быть, ещё морская капуста… Просто рыбу я ненавидел лютой ненавистью, но вот ещё не родившихся рыбёшек я ел с удовольствием, если вы понимаете, о чём я, хе-хе.

И когда я, весело шагая по дорогим красным коврам, которыми были устланы коридоры дворца, вошёл в свою комнату с блюдцем полным аппетитной красной икры, я оторопело остановился, увидев, что делает моя нежная сестричка. Лола задорно уплетала за обе щёки мои тосты, положив на них ломтики бекона. Ароматные мясные кусочки и хрустящий жареный хлеб просто таяли в её рту, даже крошек не оставалось!

– Так, - сказал я, нахмурившись. – И что это мы делаем? Ай-яй-яй, а ведь ты казалась такой милой…