– Отдавай всю свою выручку!
– кричит он мне, бросая джутовый мешок.

Брюс несется вниз по лестнице.

– Сэр! Берите, что хотите, но, пожалуйста, пощадите нас!

Я кладу в мешок пачку денег из “Монополии” и отдаю его помощнику официанта, который перекидывает ношу через плечо. Когда он уходит, я достаю из-под стойки игрушечную винтовку, прицеливаюсь и стреляю. Хлоп! Он падает на пол, и деньги из “Монополии” разлетаются во все стороны.

– Самая храбрая барменша на Западе снова спасла нас!
– восклицает Брюс.

Публика ликует и хлопает, четыре официантки хватают деньги и запихивают их обратно в мешок, помощник официантов вскакивает, кланяется и направляется обратно на кухню, а мы с Брюсом отвешиваем реверансы в ответ на аплодисменты.

Через двойные двери входят четверо членов банды Стюартов: Таннер, Хантер, Харпер и Сойер, которые заехали в город выпить в редкий свободный вечер. Я машу им, указывая на столик, который зарезервировала для них несколько часов назад.

Таннер подходит к бару и наклоняется, чтобы поцеловать меня.

– Брюс все еще устраивает представления, где в главной роли старый бандит Соупи Смит, да?

– Ты же знаешь Брюса.

Таннер закатывает глаза.

– Когда ты заканчиваешь?

Я смотрю на часы.

– Сейчас.

– Присоединяйся к нам?

– Обязательно. Дай мне несколько минут, чтобы переодеться.

Пять минут спустя я присоединяюсь к Стюартам за столиком в углу, кувшин с пивом на столе уже наполовину опустел.

Хантер, сидящий напротив меня, отрывает взгляд от своего телефона, как только я присаживаюсь.

– Изабелла передает привет.

– Передавай и ей привет, - говорю я ему, подмигивая.

С тех пор как моя лучшая подруга на прошлых выходных вернулась в Сиэтл, они с Хантером много общались, и, насколько я понимаю, он уже планирует на выходные поездку на юг, чтобы снова ее увидеть. Хантер улыбается в свой телефон и выглядит очень довольным.

Харпер, напротив, уныло смотрит на свое пиво.

– Харпер, - зову я, подталкивая ее локтем.
– Ты в порядке?

Она оживляется ради меня, но от ее улыбки у глаз не появляются морщинки. Улыбка вымученная, неискренняя.

– Конечно. Всё прекрасно.

По другую сторону от нее Сойер смотрит на свой телефон, и выглядит он далеко не таким счастливым, как Хантер. Он переворачивает телефон и швыряет его на стол, затем допивает пиво и снова наполняет стакан доверху.

– Притормози, Сойер, - говорит Таннер.

– Заткнись, Таннер.

– Напряжение за этим столом просто зашкаливает, - шепчу я Таннеру.

– Да. Знаю. Хантер на седьмом небе от счастья, Сойер хочет кого-нибудь убить, а Харпер собирается добровольно стать его жертвой.

– Стюарты!
– взываю я, привлекая внимание четырех пар ярко-голубых глаз.
– Что с вами троими происходит?

– Айви не сможет прийти, - бормочет Сойер.
– Она уже второй раз на этой неделе отменяет встречу.

Таннер, сидящий рядом со мной, вздрагивает.

– Рамона отравляет тебе жизнь, Сойер.

– Что ж, спасибо за это, Таннер.

– Это не его вина, - встает на защиту Хантер.
– Рамона сумасшедшая. Если Айви этого не видит...

Сойер ударяет кулаком по столу.

– Что тогда?

– Я не собираюсь с тобой ссориться, - пренебрежительно отвечает Хантер, глядя в свой телефон.
– Ты зол и расстроен. Не нарывайся на драку.

– Девушка, которая тебе нравится, живет за полторы тысячи миль отсюда, - ворчит Сойер, все еще подначивая Хантера.
– Не понимаю, чему ты радуешься.

– Твоя живет в десяти ярдах отсюда и не выходит из дома, чтобы выпить пива. Расстояние ни хрена не значит. Мне есть чему радоваться.

Сойер залпом выпивает вторую порцию пива, затем со стуком ставит пинтовый стакан на стол, встает и выходит из салуна.

– Не обязательно быть таким мудаком, Хантер, - произносит Харпер.

– Это я-то мудак? Он меня провоцировал.

– Неважно.

– Почему у тебя такое паршивое настроение?
– спрашивает Таннер у Харпер.
– Что происходит?