– Это хорошо, - сразу на душе полегчало и премиальные платят, и книжки пишут. Я не отношу себя к скрягам, но считаю, что за такую работу надо доплачивать, а книжки это слава земная.
– А что мы будем здесь делать? Чемодурова ждать?

– Чемодуровых, - поправил меня Василий.
– Вернутся они сюда, не бегать же нам за ними по кладбищу. Здесь много разных личностей ошивается. Я, вот думаю, что если он поднял мертвых, вполне мог сподобиться и шамгалов поднять, и духов, и кто-его знает, может и саму хозяйку здешних мест.

– Кто такие шамгалы?
– против своей воли я опять был заинтригован.

– После мертвых остаются их души, и некоторые души не могут попасть в новый небесный круг, бродят по земле и могут занять чужое тело. Про безумцев, пачками лежащих в наших психолеченицах, знаешь? Так вот больше половины там подвергались нападению шамгалов.

– Да?
– я не знал верить или не верить. Все же мне казалось, что Василий надо мной подтрунивает.
– А если те крадут тела, то чего же они потом в психушка лежат?

– Да, тяжело чужой душе прижиться в чужом теле. При трансплантации знаешь сколько отторжений бывает? А здесь душа, сам понимаешь, Жека, - Василий говорил как-то очень личностно. Меня это заинтересовало.

– Василий, а кто хозяйка здешних мест?
– я решился и уселся на землю. Плевать, костюм все равно не мой.

Мой начальник уставился на меня, так пристально, что я смутился. Опять я подумал, что я - идиот.

– Да, Жека, чувствую, что телевизор ты не смотрел лет пять. Кто может быть хозяйкой на кладбище?

Мне хотелось спросить при чем здесь телевизор, и все же выяснить про эту хозяйку, но нам помешали Чемодуровы.

Виктор Васильевич Чемодуров тяжело шел к своему домику. На плече он нес своего племянника Григория.

Мой начальник Василий одобрительно смотрел, как сторож бухнул племянника на землю у наших ног.

Сторож пялился на нас исподлобья. Но, что удивительно, мне вдруг стало легко и свободно. Видимо на сегодня объем смущения и неудобства был исчерпан, или это так повлияло на меня общение с мертвым Салогубом.

– Чего?
– весьма грубо спросил старший Чемодуров.

– Добил?
– так по доброму спросил Василий.

– Добил бы, уже бы прикопал, - огрызнулся Виктор Васильевич Чемодуров.

– Значит, можем пообщаться, - суммировал мой босс.

Чемодуров старший сплюнул, попал на племянника.

Василий ухмыльнулся:

– В дом зайдем?

Сторожу эта идея не нравилась потому, как тогда было необходимо затаскивать и оплеванного племянника в дом. Мой начальник Василий поднялся с порога и зашел в дом.

– Подсоби, - рыкнул сторож.

Я взял бесчувственное тело Григория Чемодурова за ноги, сторож за руки, и мы занесли его внутрь. Дядя велел сложить его под столом, потом сел и поставил на него ноги.

– Чего?
– прозвучало уже знакомое от сторожа.

– С чего это у тебя здесь куча мертвяков шляется?
– абсолютно игнорируя недоброжелательность сторожа, спросил Василий.

– Какое твое дело?
– окрысился сторож.

– Мое дело самое непосредственное, - Василий ослепительно улыбнулся собеседнику.
– Некоторое время назад вы прошли курс омоложения, но желаемого результата не получили, а кажется получили нечто другое?

Сторож зыркнул, будто собирался положить нас рядом со своим племянником.

– Это не доказано.

– Ох, ты!
– Василий не терял своего отличного настроения.
– Если мы это докажем, то соответственно вынуждены будем ликвидировать все доказательства. Может просто поговорим?

Сторож дернул себя за ус.

– Чего?
– последовало в очередной раз от него.

– Я спрашиваю, - Василий стал очень серьезным и собранным, - с каких пор это все началось?

– Дык, до того Нового году, - посчитал сторож на пальцах.
– Два года уж было.

– Отлично, - одобрил его сговорчивость мой начальник.
– Что было до этого? В смысле, как самочувствие, сны там или еще чего?

– Да ничего такого, - сторож долго обдумывал тот вопрос.
– Только вот чуть не помер я тогда, после всех ваших омоложений, попал в больничку. И сильно мне на вас хотелось положить, а потом я вернулся на кладбище. Здесь они стали вставать.

Я обдумывал телеграфную речь сторожа. Выходит, что он попал в больницу с сердцем после каких-то непонятных испытаний. И после этого у него стали подыматься покойники. Если игнорировать факт противозаконных испытаний на человеке, и просто принять за основу открытие у него паранормальных способностей, то ничего необычного в этом нет.