Пока я раздумывал, что же сказать или сделать дальше, Таня потихонечку отстранилась и, как ни в чём не бывало, подскочила к письменному столу:

— Смотри сюда, я, после того как мы сходили с тобой в музей, выпытала родителей и бабушку всё что они знали о моих предках и составила генеалогическое дерево. Представляешь, моим прапрадедушкой действительно мог быть один из декабристов. По крайней мере, фамилия моего предка совпадает с той, что числится в списках сосланных декабристов. Я послала отца в архив, чтобы он уточнил — так ли это.

— А если так, то вы, молодой человек, имели честь поцеловать наследную баронессу, — добавила она, кривляясь и пытаясь присесть в реверансе.

Я рассмеялся и подошел, чтобы поцеловать её ещё раз.

В тот день мы так и не смогли толком начать делать уроки до тех пор, пока не пришла с работы Танина мама. Тогда, впрочем, я в первый раз в жизни подумал о ней, как о моей будущей тёще.

Мы открывали учебники, доставали тетрадки, но каждое новое задание вызывало у обоих лишь нездоровый и немного истерический смех, после которого мы снова и снова целовались.

После прихода Таниной матери я пытался было ещё раз поцеловать Татьяну, воспользовавшись тем, что будущая тёща гремела посудой на кухне, но получил лишь кулак под нос.

— Ты что хочешь, чтобы нам запретили встречаться? — прошептала она.

Этого я хотел в последнюю очередь, поэтому поостыл и больше в этот день никаких поползновений не делал. Да оно мне особо и не было надо, и без этого всё у меня внутри пело.

Много месяцев спустя я спрашивал Таню — что было бы если бы я поцеловал её не через почти три месяца после знакомства, а, например, в первую неделю. Она задумалась, а потом ответила, что приставания с моей стороны в первый месяц нашего знакомства наверняка бы привели к разрыву, её всегда воспитывали в довольно строгих традициях. А второй и третий месяц она и сама уже с нетерпением ждала когда я сделаю первый шаг и даже подумывала тайком от самой себя — не поцеловать ли меня первой.

В тот день я уже не пошёл в КБ, оставив Жору отдуваться одного. Да и помощи от меня было пока немного — мы ещё вчера убрали ставший ненужным «Колизей» и выставили два наших железно-резиновых блюдца на расстоянии двух метров друг напротив друга. Теперь ход был за Жорой — он должен был придумать как их надёжно соединить и как сделать дверь в получающейся у нас огромной консервной банке.

В часы пессимизма я говорил Жоре — не легче ли было подобрать какой-нибудь корпус и уже к нему приделать все эти генераторы полей. Он неизменно отвечал, что подходящими для нас корпусами обладают только сверхзвуковые самолёты и ракеты. Всё остальное тут же развалится на части.

— Конечно, — говорил он, — если бы нам не нужно было прятаться или скрываться, то мы могли бы прицепить эти самые генераторы полей к любой бочке, приставить к ней руль и спокойно летать невысоко над землёй с небольшой скоростью. Но у нас другая задача — нам нужно как можно дольше сохранить НЛО в тайне, для чего нам нужно стартовать с максимально-возможным ускорением.

— А ещё нам нужно, чтобы эта колымага могла быстро долететь до моей подруги и вернуться обратно, чтобы я хоть пару раз в неделю мог её навещать, — грустно добавлял он.

Жора кстати, послушался моего совета и отправил ей настоящее бумажное письмо. Для пущего антуража, он даже вырвал лист из тетради, а не взял стандартный А4 и написал текст настоящими чернилами — даже не представляю где он их достал, может тоже сам сделал? Его девушка, наверное, была просто в восторге.

Я поймал себя на мысли, что так и не знаю, как зовут его подругу, оставшуюся в другом городе, и ни разу не видел её фотографии — надо будет как-нибудь спросить у Жоры.

Весь вечер я просидел дома и промечтал о Татьяне. Даже сны мне снились все эротические, как на подбор и я снова проснулся в липких трусах.

На следующий день, едва заметив её в классе, я не смог сдержать довольную улыбку, рот буквально сам раздвинулся до ушей. Татьяна посмотрела на меня и смущённо отвернулась, пряча свою улыбку.

Жора понимающе посмотрел на меня, подмигнул и сказал шепотом:

— Теперь понятно, почему ты вчера не пришёл, ну и как она?

— То, что я иногда делюсь с Вами, Георгий, своими переживаниями не даёт Вам право вмешиваться в мою личную жизнь, — так же шепотом отшил я его.

Тем не менее, после занятий я поплёлся в наше КБ, хотя с гораздо большим удовольствием пошёл бы к Танюхе, или позвал бы её к себе.

— Наверное она обидится, — подумалось мне.

В КБ я обнаружил, что Жора собрал из бруса новый стенд для того, чтобы гнуть металл полукругом для боковины НЛО, и мы принялись за работу.

За последний месяц противогаз мне порядком опротивел и хотелось как можно быстрее закончить корпус, чтобы начать уже монтаж необходимого оборудования.

— Кстати, — спросил я у Жоры. — Вот мы сейчас закроем всё железом, оставим только одну дверь, а как навигацию-то осуществлять будем без окошек?