Пришло время открыть миру маленькую тайну, которую мы с Жорой встроили в механоида, производившего гравицапы. Я поручил Олегу собрать через неделю совет глав Российского союза.

Ни один руководителей 63 стран, а именно столько насчитывал союз к тому времени, не уклонился от того, чтобы прибыть на столь важное мероприятие в Тувалу.

Немаловажным стал и тот факт, что это было не только первое сборище всех членов нашего союза, но и собрание открытое — мы пригласили туда вообще все государства и все масс-медиа, которые хотели поучаствовать.

Прослышав про эти идеи, Олег схватился за голову:

— Ты что! У меня же конференц-зал рассчитан максимум на шестьсот человек. Какая может быть пресса!? К тому же этот зал одновременно и единственным кинотеатром страны является, несолидно как-то.

— Спокойно Маша, я Дубровский, — резюмировал я и как всегда в безвыходных ситуациях, побежал советоваться к Жоре.

— Ты как чувствовал, что я хочу испытать своё новое устройство, — обрадовался Жора, когда я изложил ему ситуацию.

Я насторожился. Испытывать Жорины изобретения на главах государств мне ой как не хотелось.

— Да не дрейфь, всё должно работать без проблем, — обнадёжил он меня, увидев сомнение в моих глазах.

— Ну расскажи что за устройство, — смилостивился я.

— Да ничего собственно нового, — махнул рукой Жора, — просто я научился придавать энергетическому полю любую форму, какую я захочу.

— И чё? — удивился я, — как квадратное или треугольное защитное поле поможет нам в нашей беде?

— Дурак ты Дима, — вздохнул Жора.

— Если я дурак, то сам проводи съезд, — надулся я.

Впрочем, после того, как Жора объяснил принцип действия нового устройства, то я уже был готов простить ему и «дурака» и много чего другого.

В тот памятный день уже с утра в столицу Тувалу начали падать гравилёты с членами правительственных делегаций. Чтобы сэкономить время, мы дали разрешение пилотам вести гравилёты прямо к гостиницам, в которых и располагались делегаты. Несмотря на все усилия Олега, возвёдшего в Тувалу довольно много элитных отелей, для такого количества гостей их никак не хватало. Часть делегаций пришлось размещать в наспех сооружённых шатрах, в которых, впрочем, наличествовали все удобства. Сделать это за неделю та ещё задачка. Но, когда у тебя есть бесконечное количество денег, сверхскоростной транспорт и головастый премьер, всё становится решаемо.

Недоделки конечно были, как же без этого, но я не думаю, что критичные… по крайней мере никто не жаловался, все понимали, что сделать достойные помещения для проживания высоких делегатов в государстве, в котором всего 10 тысяч граждан довольно сложно. Нас ещё спасло то, что почти половина делегаций не стали оставаться здесь на ночёвку, а улетели сразу после съезда, иначе на всех могло просто не хватить воды.

Проблемы с пресной водой у Тувалу были уже тогда, когда мы только купили это государство. Принимая во внимание, что мы будем спешно строить современный город, их надо было как-то решать. Пробурив с километр под землю, никаких подземных вод мы не обнаружили. Опресняющие установки тоже себя не оправдали, в результате мы просто построили гигантский резервуар в центре страны и соорудили летающую цистерну с цикличной программой, которая летала на одно из горных озёр мира, выбирая их в случайном порядке, заполнялась там водой, возвращалась и выливала воду в резервуар. Если тот был полон, программа приостанавливалась, но в последнее время город потреблял так много воды, что приостанавливалась она только по ночам.

Ну да ладно, я отвлёкся. Какого же было удивление делегатов, когда вместо конференц-зала их привезли на берег моря. Погода свирепствовала, бушевал шторм, лил сильный дождь, но в том месте, где на абсолютно сухие ковры высадили глав государств не было ни дождя, ни ветра. Пока все здоровались, недоумённо переглядывались и пили кофе, я кивнул Олегу, чтобы тот включал освещение.

И вот, невидимый до тех пор купол конференц-зала словно возник из ничего, повиснув в воздухе в нескольких метрах над морем. Мы долго подбирали такой освещение, чтобы оно подсветило поле таким образом, чтобы то оставалось полупрозрачным, но в то же время, всем было ясно куда надо ставить ноги.

Все ахнули. Пресса защёлкала фотоаппаратами, видеокамерами, пытаясь перевести в электронный вид всё это великолепие… забегая вперёд, хочу сказать, что это у них не получилось. По телевизору наш конференц-зал выглядел совсем не так круто как в реальности.

Я пригласил делегатов следовать в зал и все недоверчиво и осторожно ступили на почти прозрачные ступени. Честно говоря, я опасался, что у кого-нибудь из делегатов разовьётся какая-нибудь фобия и они останутся на берегу. Так и оказалось, двое делегатов и троё репортёров категорически отказались подниматься в этот чудо-зал. Такой вариант событий был предусмотрен — им мигом подкатили кресла и предложили послушать трансляцию заседания сидя прямо здесь.

Остальные медленно, но верно проходили в зал, искали таблички с названиями своих стран и рассаживались прямо на силовом поле, сделанным амфитеатром. Сиденьями служили сами внутренние ступени, которые немного продавливались под ногами, но зато на них было довольно мягко сидеть — мы с Жорой долго подбирали нужную упругость поля, чтобы и ходить и сидеть было нормально. В результате получилось что-то вроде мягкого ковра. Наши ребята бегали по рядам и помогали всем рассесться таким образом, чтобы не пинать ногами впереди сидящих делегатов. Места вполне хватало, чтобы все сели через ряд и таким образом, между рядами вполне смогли ходить официантки, разносящие квас, компот и традиционное тувальское чампуту. Зал был прекрасен в своём минимализме. Загвоздка вышла только с туалетами — их пришлось сделать на берегу, но, опять же, никто не жаловался.