вместе работать, да? – Пургенов с легкой улыбкой, склонив, как

обычно, свою голову направо, ссутулившись, смотрел прямо в глаза

адвоката.

Но и адвокат был, как говорится, парень не промах. Ответ его

был лаконичен и прост, как Ленинская мысль.

– Ты, это, значит, не умничай! Сейчас мы с тобой заключим

договор на оказание тебе юридических услуг?! – но Монзиков не

успел закончить фразу, т.к. Пургенов, оживившись, вдруг прервал

его и резко активизировал их беседу.

– А зачем мне консультация, если я сам – юрист?

– А затем, что так надо! Догнал, а? – и Монзиков решил про-

должить беседу стоя.

– А всё-таки, ведь я же сам могу давать платные консульта-

ции? – не унимался Пургенов.

– Ну, если ты такой умный, то почему ты такой глупый? –

спросил Мозиков у настырного собеседника.

– Нет, ну действительно, а… - не унимался всё Пургенов.

– Козлина ты нерусская, что же тебе ещё сказать, чтобы ты за-

ткнул свой фонтан, бля, и, наконец, просёк фишку, а? Ведь я же те-

бе, придурку, в сотый раз объясняю, что за десятку я тебя сделаю

кандидатом! Понимаешь мою мысль, а? – Монзиков подошел к

Пургенову так близко, что тот даже испугался. – Ты платишь мне

две тонны баксов, две тысячи рваных – в кассу и я тебя вывожу на

профессора, который за бабки делает тебя учёным. Догнал, а? И те-

бе это обойдется всего-то в десяточку, не считая всякой разной

ерунды, о которой тебе поведает твой профессор. Понимаешь мою

мысль, а?

Пургенов был изумлен подобной перспективой решения сво-

его вопроса. В нем боролись одновременно три чувства:

– первое – патологическая жадность;

– второе – страстное, необузданное желание любой ценой

стать кандидатом, и

– третье – расчет.

250

Пургенов прекрасно понимал, что тянуть с решением вопроса

больше нельзя, но и отдавать свои кровно нажитые деньги вот так

вот запросто он тоже не хотел.

Попререкавшись еще минут 25-30, они, к удовольствию Мон-

зикова, пришли к тому, что Пургенов облегчил свой карман на 2000

долларов и 2000 рублей.

Каково же было удивление Пургенова, когда адвокат ему дал

координаты его заведующего кафедрой.

Это был удар ниже пояса. В голове Пургенова пронеслись од-

на за другой мысли, усиливавшие полученное нервное потрясение.

Ведь совсем недавно сам заведующий предлагал ему свои услуги за

6000 долларов. А он, выходит, сам, своими руками взял и подарил

этому адвокату свои кровно нажитые две тысячи долларов, да еще

кучу рублей. О - ужас! Теперь было очевидно, что вернуть все

деньги ему не удастся! Было настолько обидно, что Пургенов даже

побелел.

– Ну, ладно, ладно, не переживай так! Всё нормально будет! Я

этого профессора знаю не первый год. У него, таких клиентов как

ты, было столько, что тебе и не снилось даже. Понимаешь мою

мысль, а? – Монзиков заканчивал написание записки своему при-

ятелю, которая служила чем-то вроде пароля.

– А другого профессора у Вас нет? – с надеждой спросил Пур-

генов у писавшего ещё записку адвоката.

– Нет, этот – самый лучший! Он – дважды доктор и делает лю-

бые диссертации, даже по медицине. Я помню, как он одной девице

сделал кандидатскую, которую она с легкостью защитила. Она хо-

тела расплатиться с ним натурой, но он был непреклонен. Ему, как

и мне, нужны только бабки, ха-ха. – Монзиков передал свою визит-

ку вместе с запиской Пургенову и начал его деликатно выпроважи-

вать за дверь.

Пургенов что-то ещё лепетал, но дверь с шумом за ним закры-

лась и в кабинете адвоката воцарилась тишина.

*****

Мумбрики – это те же самые чумбрики,

только они - кандибоберные!

З. Исламбеков, неопубликованное, раннее.

Да, Россия – маленькая страна. Здесь иногда пропадают мил-

лиарды долларов, сотни триллионов народных рублей, но настыр-

ному человеку здесь пропасть не дадут. То есть, ему могут создать

251

невыносимые условия, его могут оболгать или даже посадить в