майке, лускавшего у окна семечки и курившего Беломор, они оста-

новились как вкопанные.

– А, девчата? Заходите! – Монзиков в этот момент засунул ле-

вую руку в трусы и яростно чесал в паху. Толи мыло плохо вытер,

толи недомыл?!

– Что? – спросила бабуля.

– Давай, давай! Не робей! – Монзиков сбросил шелуху от се-

мечек со стола на пол и полез в сумку за колбасой и хлебом. Когда

он начал наклоняться, его неожиданно вырвало. Рвота плеснула

всем троим на ноги. Монзиков потерял сознание.

Очнулся Монзиков ближе к вечеру в гордом одиночестве.

Кроме его вещей в купе ничего не было. Было впечатление, что ку-

пе готовилось к демонтажу. Убрано было все, даже занавески. Ярко

горел верхний свет. Дверь была полуоткрыта. Поезд стоял на пере-

гоне.

Монзиков, не долго думая, одел сапоги, фуражку и отправился

в туалет по большой и малой нужде.

Войдя и закрывшись, он начал снимать трусы. В тот момент,

когда Монзиков находился на унитазе, поезд резко тронулся, Алек-

сандр Васильевич не удержался. Падая, он ударился виском о рако-

вину и … потерял сознание. Пассажиры в течение 11 (!) часов

пользовались только одним туалетом.

В то время, когда Монзиков

находился в бессознательном со-

стоянии, к нему в купе несколько

раз заходила проводница, а затем

и бригадир поезда. Началась па-

ника. Вещи на месте, человека

нет. На уши подняли всех. По ра-

дио несколько раз передавали

объявление следующего содержа-

ния: " Уважаемые пассажиры!

Пропал пассажир 14-ого вагона

лет 35-40, одетый в черные се-

мейные трусы, носки. Особые

приметы: татуировки на руках,

груди, спине и бедрах, несколько

39

золотых зубов, волосы темно-рыжие, лысый, рыжие усы, пьяный.

Всех, кто видел или знает о месте его нахождения, просим обра-

титься к бригадиру или любому проводнику поезда! "

После того, как пассажиры впервые услышали объявление,

началась паника. Когда же вторично было объявлено тоже обраще-

ние, то все коридоры, туалеты и ресторан опустели. Двери купе бы-

ли закрыты на блокираторы. Пассажиры, заходившие в поезд на

новых станциях, с трудом попадали в свои купе. Когда же они уз-

навали о пропавшем голом, пьяном заключенном, то их охватывал

животный страх. До полного страха нужна была какая-нибудь слу-

чайность. И она произошла. Несколько секунд по всему составу

проносился сильный грохот, а затем пропал свет.

Дело в том, что было нелепое совпадение. Когда поезд вошел

в тоннель, машинист случайно выключил общий свет. Свет погас, но этого никто из машинистов не заметил, т.к. в тоннеле было, ес-

тественно, темно. Когда 3-километровый тоннель кончился, свет

опять появился. Но…

Пассажиры, оставшись в 1900 без света, почувствовав нелад-

ное, стали действовать. Кое-кто решил, что поезд захвачен пропав-

шим ранее уголовником. Люди стали доставать колющие и режу-

щие предметы. Как случилось, что никто не поранил друг друга –

сказать трудно.

В тот момент, когда не стало света, люди отчаянно начали

стучать и кричать. Монзиков очнулся в полной темноте, валяясь на

полу. Он вдруг представил себе, что от натуги у него выскочили

глаза из орбит, и он стал слепым. Ужас, страх, боль и отчаяние, жа-

лость к себе и своей семье в одно мгновение пронзили Монзикова.

Подняться с пола не было никаких сил. Затем, когда он, превозмо-

гая боль и страдания встал на ноги, он интуитивно почувствовал, что только что стал инвалидом. Александр Васильевич лишился

зрения, но слух и обоняние, осязание и разум еще были при нем. Он

отчетливо слышал стуки и крики. В полном отчаянии Монзиков

выскочил в коридор и стал пробираться в кромешной мгле к своему