Однажды сидел падишах Акбар со своими советниками и беседовал о разных разностях.

И вот один из советников, Абдулфазал, желая отличиться перед падишахом и поддеть мудреца Бирбала, со смехом сказал:

– Бирбал! Слышал я, что скоро тебя назначат начальником над собаками!

– Если так, – без раздумий ответил Бирбал, – значит, скоро ты будешь моим подчиненным.

От такого ответа Абдулфазал потерял дар речи.

Китайский посол привез с собой огромного буйвола для кровавых потех. Был этот буйвол необычайно силен и свиреп, а китайский посол был уверен, что ни один буйвол Страны Юга перед ним не устоит.

Государь повелел отыскать буйвола посильнее, но, сколько ни усердствовали вельможи, нигде не могли найти такое животное, которое смогло бы помериться силами с буйволом китайского посла. Услышал о том Куинь, пришел к государю и сказал, что у него есть подходящий буйвол.

В назначенный день люди, прослышавшие, что буйвол Высокоученого сойдется в поединке с буйволом китайского посла, подобно муравьям, устремились к лужайке, где должно происходить состязание. Когда объявили начало состязания, на бой вывели страшного быка, который, выставив вперед рога, изготовился к бою.

Куинь же привел маленького буйволенка. И так как буйволенка продержали всю ночь взаперти, он проголодался и, приняв боевого буйвола за маму-буйволицу, подбежал к нему, стал тыкаться мордочкой под брюхо. Буйволу это не понравилось, начал он задом пятиться, а потом и вовсе побежал.

Куинь тогда в ладоши захлопал и радостно закричал:

– Буйволенок Страны Юга победил китайского буйвола!

Один князь три месяца осаждал вражескую крепость и никак не мог взять ее. Недовольный своим войском, он велел советнику отправить письмо домой с приказанием прислать на подмогу еще дружину из самых отчаянных храбрецов. Но советник заметил ему, что армия баранов под командованием льва лучше, чем армия львов под командованием барана. И про себя заключил, что пускай лучше пришлют другого командира.

Однажды вечером падишах и Бирбал сидели в саду, наслаждались прохладой, напоенной ароматами цветов.

Падишах спросил Бирбала:

– Скажи, кто, по-твоему, всех главнее?

«Он задал этот вопрос из тщеславия, – подумал Бирбал, – надо поубавить его спесь».

И вслух ответил:

– Государь! Всех главнее – дитя.

– Как же может неразумный ребенок быть всех главнее?

– Тут словами не объяснишь, – ответил Бирбал. – Лучше я докажу это на деле.

На том и порешили.

Через несколько дней принес Бирбал хорошенького мальчугана-сорванца прямо во дворец к падишаху. Увидел его Актар, взял ребенка на руки, начал с ним играть. Разбаловался мальчонка и с хохотом вцепился падишаху в бороду.

Актар сердито сказал Бирбалу:

– Зачем ты принес сюда этого чертенка? С ним же сладу нет!

– Государь! – ответил Бирбал. – Я принес его, чтобы ты убедился: дитя всех главнее. Ты всемогущий властелин, тебя все боятся, а он – видишь – даже падишаха дергает за бороду.

Посмеялся падишах такому ответу, наградил мальчугана сладостями и отпустил его домой.

Однажды на похоронах у муллы Насреддина спросили:

– Скажи, о ученый человек, в чем секрет жизни и смерти?

– Вон тот, что лежит в гробу, лучше всех тебе ответит, – сказал мулла, – он только что узнал.

Баласэнгэ шел однажды по дороге и встретил человека с котлом на голове.

– Эй, «знаток небылиц», ни за что не обманешь меня, – похвалился незнакомец.

– Да мне не до этого! – отвечал Баласэнгэ. – Смотри, что на небе творится, беда!

Человек поднял голову, а котел тотчас упал и разбился.

Джалал Прекрасный принимал к себе на службу сыновей самых знатных и уважаемых семейств Багдада. В качестве испытания он предложил разгадать секрет трех статуэток, похожих одна на другую, как две капли воды. Никто из юношей не приблизился к мудрости разгадки, и только один из слуг Динара, прозванного за свою справедливость Великолепным, заметил дырочки в ушах статуэток. Он учтиво посоветовал Динару просунуть в них соломинку. Соломинка из уха первой статуэтки вышла изо рта, у второй – из другого уха, а у третьей застряла внутри. Первая изображала человека, который выдает все, что услышит, вторая, кто ничего не понимает, а третья – разумного человека, умеющего хранить тайну.