Странствующий проповедник, заканчивая мессу, пустил по рядам свою шляпу, чтобы собрать пожертвования. Обойдя всю церковь, она вернулась к нему такой же пустой, какой и отправлялась.

Удивленный проповедник на глазах у всех поднял ее над кафедрой, потряс и, надев на голову, сказал:

– Благодарю Бога и вас, братья и сестры, что вы хоть без денег вернули ее мне. Аминь.

Пришел торговец к пастуху и говорит:

– Выберешь ли мне такую овцу, которую я хочу?

– Нет такой овцы, которая не находилась бы в моей отаре, – ответил пастух.

– Тогда найди мне такую, чтобы не белая была и не черная, не рыжая и не пестрая, не большая и не маленькая.

– Пожалуйста, только ты приходи за ней не в понедельник, не во вторник, не в среду, не в четверг, не в пятницу, не в субботу и не в воскресенье, – ответил пастух.

Слух об учености Насреддина распространился по всей стране. Некий придворный философ отправился проверить глубину познаний муллы.

– Кто на свете самый мудрый? – спросил философ.

– Тот, кто об этом не спрашивает, – ответил Насреддин.

Один крестьянин приехал в город и зашел в большой магазин.

– Нет ли у вас свиного сала? – спросил он приказчика.

Тот, решив, что перед ним деревенский простак, ответил:

– Мы тут не салом торгуем, а дураков продаем.

– Бойкая, видно, у вас торговля, – не растерялся крестьянин, – кроме тебя ни одного дурака не осталось!

Однажды к учителю Джунайду пришел человек и сказал:

– Я восхищаюсь вашим учением! Мне бы хотелось иметь ваш образ мысли, тогда я смог бы жить жизнью, подобной вашей.

– Начните жить подобно мне, – сказал Джунайду, – тогда и у вас появятся мысли.

Прослышав о невероятных способностях муллы Насреддина, король вызвал его к себе.

– Я велю тебя повесить, – сообщил мулле невежественный властитель, – если ты не предъявишь доказательств, что ты мистик.

– О, я вижу странные вещи, – сразу заговорил Насреддин, – вон резвится в небе золотая птица, а там, под землей, скрежещут зубами демоны.

– Но как ты можешь видеть через твердые предметы? – удивился король. – Как ты можешь видеть так далеко в небе?

– Если вас испугать смертью – вы еще и не то увидите!

Учитель Ле-цзы жил в нужде и вечно голодал. Какой-то человек рассказал об этом чжэнскому царю Цзыяну и добавил:

– Разве государь не будет опозорен на весь свет, если столь достойный муж, живущий в его царстве, бедствует?

Царь немедленно велел одарить Ле-цзы зерном. Учитель вышел к царскому гонцу, дважды отвесил поклон, но подарки не принял.

Когда Ле-цзы вернулся к себе, его жена стала горестно причитать:

– Я слышала, что в семьях мудрецов все благоденствуют, мы же вечно голодаем! Государь прислал тебе зерно, а ты его не принял! За что мне такая доля!

Ле-цзы улыбнулся и сказал:

– Царь шлет мне зерно, а зачем? Ведь он меня не видел и судит обо мне с чужих слов. Вот так же с чужих слов он может обвинить меня в преступлении и казнить. Вот почему я не принял даров.

Царь Цзыян предложил Ле-цзы занять высокий пост при его дворе. На предложение стать царедворцем Ле-цзы ответил:

– Не приходилось ли вам видеть жертвенного быка? Его наряжают в узорчатые ткани, кормят свежей травой и бобами. Но потом его приводят в храм предков, чтобы совершить жертвоприношение. Даже если бы в тот миг он снова захотел стать вольным теленком, могло ли его желание осуществиться?

Однажды, когда Наньцюань нес монахам кашу, наставник Ма-цзу Даои спросил, что у него в ведре.

– Что за чушь несет этот старик?! – возмутился Наньцюань.

Ма-цзу Даои повернулся и ушел.

Один неверующий философ попросил Будду:

– Поведайте мне истину, не говоря и не безмолвствуя. Будда продолжал сидеть в молчании. Тогда философ поклонился и сказал:

– Вы, Высокочтимый, своей любовью и состраданием развеяли мои заблуждения и наставили меня на путь истинный.

Когда философ ушел, Ананда спросил Будду, что же тот постиг. Будда ответил:

– Добрый конь пускается вскачь, завидев лишь тень от плетки.

Наставник Юньмэнь поначалу был главным по хозяйству при Байчжане. Однажды Байчжан решил выбрать настоятеля для нового монастыря и объявил, что им станет тот, кто сможет ответить на его вопрос. Затем он поставил на землю кувшин с водой и спросил:

– Кто может сказать, что это такое, не называя это кувшином?

Старший монах монастыря ответил:

– Что ни говори, но это нельзя назвать деревянными сандалиями.

– А ты что скажешь? – спросил Байчжан Юньмэня.