Кандида пожала плечами:

— Это риторический вопрос. А что? У тебя есть встречное предложение?

— Есть, — с удовольствием подтвердил лже-Хуан. — Месть. Как? Манит?

— Месть? — посмаковала Кандида. Уголки ее полных губ тронула легкая улыбка. — Что ж… манит. Итак?.. Кому мстим? Не ошибусь, предполагая, что Хуану, а?

Влад освоился с новой ролью почти сразу. Той же ночью он перебрался в каюту Хозяина, предложив присоединиться и Косте.

— Я не живу с парнями, — мрачно пошутил тот.

— Ну, дело твое, можешь спать в гамаке, — равнодушно пожал плечами Влад. — Но я бы не советовал, — в последней фразе другу новоявленного “предводителя” послышалась скрытая угроза.

Костя какое-то молча, испытующе, смотрел на него. Потом издал натужный смешок и деланно-беззаботным тоном заметил:

— Ты странный… в тебе что-то изменилось в последнее время…

— Вот как? — приподнял брови Влад. — В какую сторону? Лучшую или худшую?

Костя неопределенно пожал плечами, а Влад желчно рассмеялся.

— Ладно, не парься. Все ОК.

— Да уж… ОК… — неуверенно согласился приятель, исподлобья посматривая на собеседника.

Утро встретило нового “капитана” легкой облачностью. Сладко потягиваясь в своей кровати (на сей раз — настоящей, хотя и жестковатой), Влад сонно пробормотал:

— Здорово… так славно спать в нормальной постели… вот только зачем призраку понадобилась кровать?

Уже проснувшийся Костя приподнялся на локте и окинул ложе друга немного завистливым взглядом (в отличие от приятеля, он спал на полу, на сваленном в кучу ненужном тряпье):

— Думаю, он хотел казаться нормальным… живым… и перед другими людьми, и перед самим собой.

Широко зевая, Влад спустил ноги с кровати и, пригладив волосы, лениво осмотрел каюту.

— Интересно, есть ли здесь возможность умыться… — вслух пробормотал он. И с усмешкой добавил: — А тебе бы не помешала еще и расческа.

— Тебе тоже, — огрызнулся Костя. — Мне-то не довелось спать в мягкой постельке.

— На счет мягкой ты явно погорячился, — возразил Влад.

Костя нехотя поднялся и, порывшись в нагромождении вещей (их вокруг было на самом деле слишком много), выудил овальное зеркальце с длинной ручкой. Изучив собственное отражение, грустно резюмировал:

— Да, мне срочно нужен парикмахер или хотя бы цирюльник.

На него смотрело худое, почти изможденное, лицо с обветренной, покрытой царапинами и толстым слоем щетины, кожей. Волосы зеркального двойника торчали во все стороны и напоминали не прежнюю темно-каштановую копну, а, скорее, воронье гнездо.

— Итак, давай быстренько приведем в порядок сначала себя, а потом наведем его же на корабле, — предложил Влад, выводя приятеля из состояния печальной созерцательности.

Костя, вздрогнув, поднял на друга встревоженный взгляд:

— Что ты имеешь в виду?

— Посмотришь, — последовал холодный и лаконичный ответ.

— Это с каких пор ты начальником заделался? — холодно и зло осведомился один из матросов — рослый, крепкого телосложения парень лет 25. Длинные каштаново-рыжие волосы обрамляли его круглое лицо неухоженной слипшейся гривой, а тяжеловатое, но по-своему красивое, тело блестело от пота.

Они стояли посреди “спальни”, окруженные сонными, еще не вполне пришедшими в себя после ночи, юношами, которые жадно и в то же время непонимающе вслушивались в распаляющуюся ссору.

Свежевыбритый Влад в относительно новой светло-коричневой жилетке, свободных брюках и удобной обуви выглядел на фоне утомленного полуголого противника истинным денди. Смешавшийся с толпой Костя тоже приоделся, хотя и постарался выбрать наряд поскромнее, ограничившись комплектом темно-серых майки и шорт.

— Тебя как зовут? — небрежно, почти снисходительно, поинтересовался Влад.

— Олесь, — с вызовом сказал тот. — Но ты не ответил. С чего это ты командовать вздумал?

Влад слегка улыбнулся, и наблюдавший за ним из-за спин товарищей Костя невольно вздрогнул. Это была чужая улыбка. Не так улыбался его друг! Эта улыбка принадлежала, скорее, Хозяину…

— Командует всегда сильнейший, — мягко, почти вкрадчиво, заметил Влад, пристально глядя на собеседника

— Ты полагаешь, что сильнейший? — усмехнулся Олесь и смерил оппонента презрительным оценивающим взглядом.

Влад, хотя и был довольно высок, и мускулатуру имел развитую, все-таки уступал широкоплечему, мощному Олесю. Но манера держаться и новое, надменное, выражение лица… и интонации, с которыми произносилась каждая фраза… всё это наделяло юношу какой-то незримой силой. И Костя, с тревогой изучая незнакомого ему теперь приятеля, мысленно задавал себе вопрос: есть ли у него прежний друг? Тот друг, на которого всегда можно было положиться?