Шрифт:
Глухой удар, пришедшийся Кисляку куда-то в область шеи… Шайба отскакивает, а Андрей так и остается лежать на льду… В это трудно поверить. Тот, кого все считали самым эгоистичным игроком «Медведей», готов лечь под шайбу, лишь бы спасти команду!
Сердце ухнуло куда-то вниз, но тут же подскочило вверх.
А ведь к черту Казанцева! Пусть катится к черту! После того, что сделал Кисляк, слить невозможно! Победа должна быть их! Несмотря ни на что! Несмотря на всех Казанцевых в мире! Только бы с Андреем все было в порядке!
Тем временем на площадке появился ВасГен. С Кисляка стащили шлем, на котором вмятиной отпечатался след от шайбы, и врач склонился над лежащим.
– Василий Геннадьевич… – Семен чувствовал, как его голос дрожит, – он… он дышит?..
– Все в порядке, все живы, – ВасГен отвернулся от Семена. – Носилки! Живо!
Кисляка унесли, игра продолжилась как ни в чем не бывало.
Новый удар по воротам, но Бакин уже был готов к этому. Удар отражен.
– Молодца! – Егор Щукин, проезжая мимо, стукнул клюшкой по его щиткам. – Так держать!
Так держать, значит? Но он ведь и держит!
Вскоре «Ледяной молнии» присудили буллит. Семен по буллитом мастер, но так легко было бы, как и в прошлый раз, чуть-чуть промедлить, совершенно незаметно для постороннего глаза. Но он уже принял решение и, не поддавшись на обманное движение, легко отразил летящую в ворота шайбу.
– Бакин! Молодец!
Высыпавшие на площадку ребята кинулись к нему с объятиями.
Снова атака «Медведей», и Миша Пономарев забрасывает третью, решающую шайбу.
Три-два в пользу «Медведей» и шесть секунд до окончания матча. Это победа!
Победа!
От радостного крика уже болит горло. Трибуны неистовствуют, и кажется, что этот торжествующий клич достигает неба. Они победили! Какое же это приятное чувство!
– Ну что, мы их сделали! – кричит Егор Щукин, пожимая руку Пономареву. – Молодец!
– Да что я, это все Бакин, – смущается Миша. – Ему спасибо надо сказать.
– Спасибо, – глаза Егора смотрят внимательно и серьезно.
Как хорошо, что Семен может с честью выдержать этот взгляд.
Он вместе с остальными радовался победе и принимал поздравления. И только потом, в коридоре, когда навстречу ему шагнул отец, Семен не выдержал и, бросившись ему на грудь, разрыдался как ребенок.
– Я не мог! Не мог, пап!.. Представляешь… – сбивчиво, перемежая речь всхлипами, говорил он. – Когда Кисляк под шайбу лег, я вдруг понял, что не смогу предать!..
– Ну ничего, – отец, как маленького, погладил сына по волосам. – Обойдемся как-нибудь. Мы всем этим буржуям кузькину мать покажем! Ну чего ты? Пойдем домой…
Глава 4
Вооружен и особо опасен
Яна приходила на матч. Но, глядя на нее, Саша никак не мог отделаться от сомнения. Интересно, ради кого она пришла – ради него или ради Кисляка?..
Когда Андрея вынесли с поля на носилках, Яна была тут, едва в машину «Скорой помощи» с ним не села.
Значит ли это, что ее многочисленная родня права и она с Кисляком действительно пара?.. Он же ради нее лег под шайбу. Сто процентов ради нее! Хотел доказать свою храбрость и все такое. Доказал? Ее проняло?
Знать бы ответы на эти непростые вопросы!..
Шея болела просто адски. Не мудрено. Там, под повязками, теперь черный огромный синячище. Ничего страшного, гематома. Как говорится, до свадьбы заживет…
Дверь в палату тихо скрипнула, и появилась Яна. Пришла!.. Или у него все же поднялась температура и начались галлюцинации?..
– Ты что тут делаешь? – спросил Андрей немного хрипло. – Или Кострова тоже поломали?
– Дурак ты, – ответила девушка беззлобно. – Но рада, что ты в порядке. Вот сок, вот фруктовое пюре… вроде тебе сейчас жесткого нельзя, а я пойду.
Она поставила сумку возле кровати и поспешно отступила, словно не желая оставаться в опасной близости от него.
– Ян, – окликнул он и скривился от резкой боли. – Скажи, что еще сделать, чтобы тебя вернуть?
Она поспешно помотала головой.
– Ничего не надо! И… поправляйся.
Снова хлопнула дверь, а спустя пару минут в палату ввалились ребята. Среди них Костров. Задумчивый. Наверняка встретил Яну в коридоре. Вот и отлично: пусть сделает нужные выводы!
И вправду, все, что ни делается, делается к лучшему.