И тогда Рыцарь взял свой меч, с которым не расставался даже ночью, и пошел в Темный Лес.

Там, среди кустов, сидел на камне Мальчик.

— Ты не видел тут старого Алхимика? — спросил Рыцарь.

— Поцелуй меня, и я скажу.

Рыцарь поцеловал его — ведь он знал, что за всё надо платить. Особенно за тайны. Мальчик обнял его и поцеловал в ответ. Рыцарь забыл, зачем пришел в лес.

— Я люблю тебя, — сказал Мальчик.

— Глупости, — рассердился Рыцарь. — Любви не бывает.

— Бывает, — сказал Мальчик. — Я даже знаю, где она спрятана.

— Как можно спрятать то, чего нет?

Мальчик взял Рыцаря за руку.

— Если ты что-то не видишь, не значит, что его нет. Идем со мной, и я покажу тебе.

Рыцарь не поверил, но согласился. Всё равно ему было скучно.

Они прошли сквозь Темный Лес и вышли к подножию горы. Там блестело маленькое круглое озеро, из скалы в него стекала вода.

Рыцарь склонился над озерцом, круглым, как чаша. Под водой, глубоко-глубоко, лежало что-то красное и красиво сверкало.

— Что это там, на дне? — удивился Рыцарь.

— Твое любящее Сердце. Алхимик бросил его на глубину.

— Я нырну за ним. Постереги мою одежду и меч.

— Ты не достанешь его один, — сказал Мальчик. — Прыгни со мной, мы доплывем вместе и поднимем со дна твое Сердце.

— Если мы нырнем вместе, кто-нибудь украдет мой меч. В нем сила Тайны, его старается захватить всякий, кому не лень. Я стерегу его денно и нощно.

— Посмотри, какое красивое Сердце, — сказал Мальчик.

Рыцарь нагнулся над водой. Чем больше он смотрел на Сердце, тем сильнее хотел его заполучить. Ведь у него было всё, что и не снилось простым смертным, кроме одного — Сердца. И он привык получать всё, что ни пожелает.

— Верни его, и ты узнаешь, что такое любовь.

— Хорошо, — после долгих раздумий сказал Рыцарь.

Он снял доспехи, воткнул меч в землю и взял Мальчика за руку.

И они прыгнули.

Вода была холодной как лед и безумно соленой — это сочились слезы Сердца. Рыцарь и Мальчик опускались на дно, и чем ближе подплывали к Сердцу, тем теплей становилась вода. Они плыли долго, воздух вышел из груди, и Рыцарь даже подумал, что умрет раньше, чем получит желаемое. Мальчик держал его за руку, и каждый раз, когда Рыцарю казалось, что он задохнется и не доплывет, Мальчик крепче сжимал ладонь, и у Рыцаря прибавлялось сил.

Еще немного, и они достигли дна. Вода, уже горячая, засветилась красным, Сердце засияло так, что стало больно глазам. Мальчик потянул Рыцаря за руку, и, сделав последнее усилие, они прикоснулись к Сердцу.

Все вокруг вспыхнуло и завертелось. Что-то ударило Рыцаря в грудь. Ему стало больно, нестерпимо больно. Он сжал зубы и закрыл глаза. Мальчик обнял его, и боль стала отступать, а потом прошла вовсе. И Рыцарю стало так хорошо, как никогда раньше. Он обнаружил, что дышит, удивился и открыл глаза.

Вода исчезла вместе с озером-чашей. Он и Мальчик стояли в зеленой долине, держась за руки. Всё вокруг пело о любви — и птицы, и деревья, и небо над головой — и даже солнце пело. Но громче всех пело Сердце Рыцаря — оно было счастливо.

Рыцарь прижал к себе Мальчика и поцеловал его улыбающиеся губы.

— Я тебя люблю, — сказал он. — Всем сердцем.

Меч Тайны исчез. На его месте цвел розовый куст».

Гарри умолк, глядя в исписанный листок, не осмеливаясь поднять взгляд на Северуса и наткнуться на скептическую редакторскую ухмылку. Тот не перебил его ни разу. И сейчас тоже молчал.

«Заснул от скуки?»

— Шатц?.. — Г. Дж. быстро глянул на его лицо и остолбенел.

Кусая губы, Северус смотрел в потолок. Темные глаза расширились и странно блестели.

— Mir fehlen die Worte, ⁴ — прошептал он.

________________________________________________________________________________________

1) Weihnachtsschmuck — новогодние украшения.

Возможно, Северус не позаботился о елочных украшениях потому, что в Австрии не принято щедро завешивать елку шариками и гирляндами. Традиционное Christbaum, Христово дерево, никоим образом не напоминает вешалку для игрушек, а украшается настоящими горящими свечами.

2) «Химмельхеррготт», Himmelherrgott — переводится то как «боже милостивый», то как «черт возьми», зависит от эмоциональной окраски. Архаизм, уже и из уст немецких бабушек и дедушек не услышишь. То же самое, как если бы Гарри воскликнул «Разрази меня гром!»

3) Mein Licht in der Dunkelheit — Мой свет в темноте.

4) Mir fehlen die Worte — У меня нет слов.

* * *

— Sch-sheiße!..